Кубинское каприччио

Конечно, для одинокой санитарки, живущей на другом берегу, этот дом был средоточием всего цивилизованного мира, набитый дорогой мебелью и дорогой фарфоровой посудой. Только она не подозревала, что речь идет о других ценностях.

– А ювелирные изделия Семен Борисович не держал в доме? – поинтересовался Дронго.

– Я никогда не видела, – ответила Фатьма, – все свои ювелирные ценности он держал в шкатулке, в кабинете. Ключ был у Асифа. Когда Семен Борисович умер, шкатулку забрал его племянник Асиф. Больше в доме не было никаких ювелирных украшений.

– А может, в доме был какой-то тайник, в котором Семен Борисович прятал другие ценности?

– Я не знаю, – ответила Фатьма, – в этом большом доме много мебели и разных мест, где можно прятать. Но я знаю все такие места. Он ничего не спрятал, все ценности оставил своим племянникам. Я слышала, как кричала Хуршида, но она говорила неправду. Семен Борисович был очень хорошим человеком и всегда заботился о всех своих родственниках.

В комнату вошел Борис, и она смутилась. Отвернулась. Извинилась и вышла.

– Что она говорила? – весело спросил Измайлов.

– Рассказывала, каким благородным человеком был ваш дядя. Она слышала вчера, как кричала ваша родственница.

– Неудивительно, – пробормотал Борис, – она кричала так, что было слышно даже на улице.

– Фатьма решила, что я следователь. Она обратила внимание на ваши поиски, ведь вы уже три месяца ищете этот алмаз.

– Какая душа, – пожал плечами Борис и улыбнулся, – она такая же наивная и чистая, как ее племянница, дочь ее брата. Только девочке четыре года, а ей сорок. Такой красивый ребенок.

– Мне звонил из Баку следователь прокуратуры, – сообщил Дронго, – они нашли разносчика газет, который все время стоял у дома Валиды.

– Он видел, кто к ней заходил? – встрепенулся Борис.

– Говорит, что какой-то старик, похожий на иностранца. Больше чужих не было.

– Неужели Мильман? – испугался Измайлов. – Он украл этот алмаз и убил Валиду? Неужели вы действительно думаете, что это сделал он?

– Не думаю. У него все эти годы была безупречная репутация. Человек в его возрасте обычно дорожит своей репутацией и не станет так кардинально меняться в восемьдесят лет.