Кубинское каприччио

Иногда не пытаюсь. Но живу один, и моего громкого храпа почти никто не слышит.

– И у вас не бывает женщин? – спросил Борис. – Извините меня за этот вопрос. Но вы нормальный мужчина.

– Сейчас вы спросите, не бывает ли у меня мужчин, – заметил Дронго. – Нет, я традиционной сексуальной ориентации. Мне нравятся женщины, и некоторые из них иногда бывают у меня. Но никто не задерживается. Этого я тоже не могу себе позволить. Хотя бы потому, что хочу проснуться утром в своей постели, а не быть с перерезанным горлом.

Иногда за мою голову обещают очень неплохие деньги. И есть охотники получить эту сумму. Мы пойдем завтракать или будем беседовать в постели? Может, Фатьма принесет нам кофе в постель? Только учтите, что я не пью кофе, а только чай.

– Просто образец мужчины, – заметил Борис, – не курите, не пьете, не употребляете кофе, почти не встречаетесь с женщинами. Сколько в вас скрытых достоинств?

– Не встречаться с женщинами для нормального мужчины – это не достоинство, а большой недостаток, – заметил Дронго, – никогда не говорите мне подобных гадостей.

Я обожаю женщин, но не могу признаться, что доверяю им. Впрочем, как и мужчинам. Я вообще предпочитаю доверять только самому себе. И еще нескольким своим друзьям, которых я знаю много лет. Так спокойнее и надежнее.

Он поднялся с кровати и направился в ванную комнату. И увидел, как из ванной выходит Марчиев.

– Здравствуйте, – кивнул ему ювелир, – я хотел сказать «доброе утро», но какое оно, к чертовой матери, доброе.

Два убийства подряд. И самое страшное, что у меня такое ощущение, что убийца находится где-то рядом, словно он у меня за спиной. У вас бывает такое ощущение, будто за вами следят?

– За мной так часто следили, что я уже забыл, как чувствует себя человек, за которым не следят, – улыбнулся Дронго. – Почему вы так долго вчера искали внука Зарбалиева?

– Ждал его на новом мосту, а он, оказывается, перешел реку через старый. Вот мы и разминулись. Так глупо получилось. Тем более что он ничего не знает об этих тайниках.

Дедушка ему ничего не рассказал, унес этот секрет в могилу. То есть о тайниках говорили, но, где они конкретно находятся, не сообщили. Вот такие были старики.

Из своей комнаты вышел Иса Ашуров. Он мрачно кивнул обоим мужчинам.

– Мне вчера машину поцарапали, – сообщил водитель, – столько автомобилей и столько людей сюда приехали. А сколько детей было, даже трудно подсчитать. И кто-то мне крыло поцарапал. Я сегодня утром увидел.