Круг перемен

Так что не обращай внимания и живи в своё удовольствие.

Тем не менее непроницаемый взгляд колдуна запал в копилку мнения о Бали. Впрочем, Инна вскоре совершенно забыла о нём, поглощённая новизной впечатлений.

Через неделю, изучая своё отражение в зеркале, она нашла, что из взгляда исчезла затравленность, а губы помимо воли сами складываются в улыбку. Настоящее изумляло и восхищало, не оставляя времени на думы о прошлом.

Денис на кухне налил себе чашку кофе и вышел в садик, сев под пальму. Инна вяло вспомнила, что сегодня среда, а значит, придёт садовник косить траву и подстригать кусты.

— Эй, есть кто живой?! — услышала она и вздрогнула.

Почёсывая грудь, из её комнаты выполз лохматый парень с дредой.

— Привет! Ты кто?

Инна упруго поднялась со ступенек:

— Я Инна, а ты, надо полагать, Пашка.

— Ага. — Парень подслеповато уставился в одну точку. — Тут кофе пахнет. Я бы не отказался от чашечки.

Инна посторонилась:

— Твоё место внизу. Имей в виду — ещё раз перепутаешь комнаты, окачу тебя водой.

— Ой, ой, испугала. — Парень нагло оттопырил нижнюю губу и улыбнулся. — Лучше расскажи, где у вас можно пожрать.

— Сам найдёшь. — Инна развернулась и пошла в свою комнату. Как же всё надоело! Всё, всё, всё, кроме Лёньки.

Село Загоруево, 1903 год

Рыжий малец, посланный батюшкой в провожатые, провёл Куделина по извилистой улице и молча указал пальцем на убогую избёнку на берегу реки. Из подслеповатого слюдяного оконца на Куделина взглянула неприкрытая бедность, и он сразу обрадовался. Бедность хозяев упрощала его задачу.

Куделин дал мальцу пару грошиков за труды, и тот исчез с быстротой ветра. «Наверняка рванул в лавку за пряниками или калёными орехами, угощать девок», — со смешком подумал Куделин, вспоминая собственное босоногое детство в рабочей слободе при заводе господ Строгановых.

Удивительно, как быстро молва разносится по селу. Ветром её, что ли, раздувает?

Не успел Куделин подойти к невзрачному домику со слюдяным окошком, как позади него образовалась толпа любопытных мальчишек. У плетня застыли несколько баб с коромыслами и пустыми вёдрами, поодаль перешёптывалась стайка простоволосых девушек, кто босиком, кто в лаптях.