Кружок экстремального вязания

– Разбойники придут, Баба-яга прилетит, гуси-лебеди и великан припрутся! Помогите! Спасите!

– Ты прочитал слишком много сказок, – покачала я головой.

У Макса зазвонил телефон, Вульф вынул трубку.

– Привет, Никита!.. Да, верно, колесо в яму угодило. Тут и оставили… Понял… Ага. Его в каком месте искать?.. Усек, попробую… Ладно, ладно. Эй, Иммануил!

– Чего? – всхлипнула малолитражка.

– Не рыдай, возьмем тебя с собой, плод технической мысли. Никита сказал, сколько ты стоишь. Нельзя такую ценность бросать!

– Ура-а‐а! – завопил интеллект.

Макс попытался избавиться от советов:

– Уже понял, как действовать.

– Нет, нет, напутаете, сломаете!

– Не спорь с ним, – попросила я мужа.

Потом залезла в джип, свернулась клубочком на заднем сиденье и подумала: хорошо, что с нами приключилась маленькая лисичка, иначе катить мне сейчас до дома под неугомонную болтовню Иммануила…

– Супер! – раздался женский голос. – Ура!

Я открыла глаза, поняла, что лежу в своей постели, а крики несутся из глубины дома.

– Ура! Надо обмыть наше собрание! – завизжал голос.

– Да! – подхватил хор других голосов. – Да!

Ничего не понимая, я нашарила тапки, потом натянула джинсы и футболку, вышла в холл второго этажа, и в тот же миг в приоткрытую дверь спальни ринулись коты, собаки и Геракл со всей оравой белых мышей – животные определенно хотели спрятаться.

"В комнате везде, где только можно, стояли бутылки дорогого шампанского и блюда с пирожными. На стульях сидели дамы разного возраста. Одной из них, наверное, еще не исполнилось двадцати, двум другим перевалило за сорок, а остальным непонятно сколько лет, то ли тридцать, то ли девяносто. Но, несмотря на это, все они выглядели одинаково.

– А вот и сожительница Макса, моего старшего брата! – сообщила одна из тех, чей возраст не поддается определению.

Я прищурилась и с трудом узнала Капитолину, которая тоже стала белокурым эльфом позднепенсионного возраста.

– Спасибо, что не выкинули мой пятничный «Мерсик», – улыбнулась одна из белокурых девушек.