Обманутая невеста

– Ой! – вскрикиваю от удивления, обнаружив Умарова, также принявшего душ и теперь вальяжно расположившегося на моем диване.

Перед ним на столике возвышается поднос с едой и поняв, в чем дело, я невесело усмехаюсь.

– Меня не хотят видеть за ужином?

– Твоя сообразительность порой пугает, – кривится Аслан, оглядывая меня с ног до головы.

Только тут до меня доходит, что я полуобнажена, ведь мой тонкий шелковый халатик даже до колен не доходит и неприлично очерчивает грудь без белья, на которой я тут же складываю руки в попытке прикрыться.

– Я тебя не приглашала, что за дурацкая привычка… – пытаюсь скрыть смущение под возмущением, но он не дает договорить.

– Я решил развестись, – прерывает меня Аслан, шокируя своими словами.

– Развестись? – глупо повторяю я, не понимая откуда взялась обида, обжегшая изнутри.

– А зачем тянуть брак, от которого одно расстройство?

– Но ты ведь сам говорил, что в вашей семье не разводятся, – хмурюсь я, сама себя не понимая. Зачем я это говорю?! Сама же хотела развода и просила о нем!

– Я устал.

– И… что теперь? – сажусь я на кровать, во все глаза уставившись на него и пытаясь понять, что заставило Умарова изменить свое мнение.

– Сначала развод, а потом посмотрим, – отвечает он.

– Но ведь еще слишком рано, – пытаюсь образумить его.

Неужели он забыл о том, что меня ждет, разведись мы так скоро после свадьбы?

– Рано? – открыв глаза, хмуро смотрит на меня Аслан.

– Мы ведь договаривались подождать три месяца…

– Боже, Лила, ты о чем?! Я говорю про свой брак с Миной, а не о нас с тобой.

– Как это с Миной? – шокировано переспрашиваю я. – Она ведь только вернулась домой! Какой развод?"

"– Обычный, Лила, обычный. Я устал терпеть, говоря себе, что все так живут. Что страсть и любовь проходят, а люди продолжают тянуть брак по привычке и ради детей.

– Ты просто зол, – пытаюсь образумить его. – Мина сделала или сказала что-то?

– Ничего она не сделала! Она такая, какой была всегда, просто я устал с этим жить. Закроем тему.

– Как это закроем тему?! – негодую я, не в силах поверить в его серьезность.