Обманутая невеста

От одной мысли, что мой мальчик мог замерзнуть насмерть в этом чертовом морозильнике…

– С ним ничего не случится, – садясь рядом и беря меня за руку, говорит Умаров, в очередной раз удивляя меня своим участием. Он ведь сам едва переносит Пушистика, но несмотря на это, искренне переживает за него. – Я поговорю с девочками. Это больше не может так продолжаться, их поведение окончательно вышло из-под контроля. Если надо, покажу их психологу, – говорит он и тут я понимаю, что пережил он сам. Сделай что-то подобное мой ребёнок, я бы с ума сошла, спрашивая себя, когда упустила тот самый момент, после которого он стал способен на такую жестокость.

– Может стоит позвонить Мине? – осторожно спрашиваю у него.

– Я бы позвонил, если бы это помогло, но что-то мне подсказывает, что этим я сделаю лишь хуже. Думаешь, девочки сами все это придумали? – вздыхает он, прикрывая глаза.

– Ты не прав, – поняв, что он намекает на то, что это Мина подтолкнула девочек к плохому поступку, возражаю я.

– Плохому, может и не станет, но она всегда все позволяла им, лишь бы они не беспокоили ее. И узнав об этом случае с кроликом, Мина лишь встанет на их сторону назло тебе и мне, а жизнь животного ее вряд ли волнует, как и моральная сторона поступка наших дочерей. Не думай об этом, я с ними поговорю и постараюсь донести всю чудовищность их действий в отношении живого существа. Но не сейчас, а завтра. Пусть подумают над своим поведением и над тем, каким будет их наказание.

Я нехотя беру ложку и начинаю есть, абсолютно не ощущая вкуса еды. Не хочется спорить с Асланом, проще впихнуть в себя этот суп и подняться в свою комнату, хоть я и сомневаюсь, что усну после произошедшего. Я словно в фильм ужасов попала, а ведь день так хорошо начинался.

– Оставь, Зина утром уберет, – перехватывает мою руку Аслан, когда я собираюсь убрать за нами тарелки.

– Мне не сложно, – протестую я, чувствуя себя жутко неудобно, ведь я привыкла всегда убирать за собой.

– Хочешь лишить Зину работы? – приподнимает он бровь, продолжая тянуть меня к двери и не оставляя мне выбора.

– Ладно.

– Иди, прими душ и ложись, – дойдя до моей комнаты, говорит Аслан, смотря в сторону спальни дочерей.

– Не говори с ними сегодня, – прошу я, думая, что он передумал.