Красный, белый и королевский синий

Возможно, он мог бы «впитать» все, что для него чересчур, через то место, где их плечи соприкасаются вместе.

Мышца на лице Генри дергается, и что-то мягкое, похожее на улыбку, появляется на его губах.

– Ты никогда не задумывался, – спрашивает он медленно, – каково это – быть никому не известным в мире человеком?

Алекс хмурится.

– О чем ты?

– Просто, знаешь, – говорит Генри. – Если бы твоя мама не была президентом, а ты был бы обычным парнем с обычной жизнью, – каково это? Чем бы ты занялся вместо всего этого?

– А, – отвечает Алекс, задумавшись.

Принц печально качает головой.

– Я бы стал писателем.

Алекс тихо смеется. Он считал, что знал все о Генри, но каждый раз тому удается его удивить.

– Разве это запрещено?

– Едва ли это достойное занятие для наследника престола – строчить стихи о перипетиях жизни двадцатилетки, – сухо отвечает Генри.

Генри прикусывает губу, ждет секунду, затем продолжает:

– И, наверное, я бы чаще ходил на свидания.

Алекс вновь не удерживается от смеха.

– Точно, ведь принцу так сложно найти себе пару.

Генри бросает взгляд на Алекса.

– Ты удивишься, но да.

– Почему? Сомневаюсь, что у тебя мало вариантов.

Генри продолжает смотреть на Алекса, задержав взгляд еще на пару секунд.

– Те варианты, которые мне по душе… – говорит он, словно вытаскивая из себя слова. – Это, можно сказать, совсем не варианты.

Алекс моргает.

– Что?

– Я имею в виду, что… есть люди… которые мне интересны, – говорит Генри, поворачиваясь к Алексу, намеренно ставя ударения на словах, словно вкладывая какой-то смысл, – но я не могу принуждать их. По крайней мере, не в моем положении.

Они что, слишком пьяны, чтобы перестать понимать друг друга по-английски? Алекс задумывается, знает ли Генри испанский.

– Не понимаю, что ты несешь, – говорит Алекс.

– Неужели?

– Нет.

– Совсем не понимаешь?

– Совсем-совсем не понимаю.

Лицо Генри искажается от печали, а его глаза взмывают вверх, словно прося помощи у высших сил.

– Господи, иногда ты такой тупица, – говорит он, а затем кладет обе ладони на его лицо и целует Алекса.

Алекс застывает, ощущая прикосновение губ Генри и шерстяных манжет пальто, покалывающих лицо.