Красный, белый и королевский синий

Растрепавшиеся под ним волосы выглядят так, словно так и задумано.

– Меня сейчас вырвет прямо на тебя, – говорит Алекс, как только Генри приблизился к нему достаточно, чтобы услышать."

"– Здравствуй, Алекс, – отвечает Генри. Внутри Алекса все бурлит от того, что принц возвышается над ним. – Ты вроде… протрезвел.

– Все для вас, ваше королевское высочество, – отвечает он, отвешивая насмешливый поклон. Его радует холодный тон Генри: наконец-то тот перестал притворяться.

– Ты чересчур добр, – произносит принц.

– Это полнейший идиотизм, – говорит он, пожимая руку Генри. Его кожа мягкая, должно быть, благодаря стараниям какого-нибудь придворного мастера по маникюру. Заметив по другую сторону забора королевского фотографа, он подкупающе улыбается и цедит сквозь зубы:

– Давай поскорее с этим покончим.

– Я бы предпочел пытку водой, – улыбается Генри в ответ. Рядом раздается щелчок камеры. Глаза принца, большие, голубые и добрые, так и напрашиваются на кулак. – Возможно, ваше правительство могло бы это устроить.

Алекс запрокидывает голову, залившись громким фальшивым смехом.

– Шел бы ты на хер.

– Боюсь, не успею, – отзывается Генри, отпуская руку Алекса, когда к ним приближается Шаан.

– Ваше высочество, – кивком приветствует Шаан Генри. Алекс прикладывает все усилия, чтобы не закатить глаза. – Фотографу необходимо работать, поэтому, если вы готовы, машина уже вас ожидает.

Генри поворачивает к Алексу и улыбается ему с непроницаемым взглядом.

– После вас.

Есть что-то смутно знакомое в апартаментах Кенсингтонского дворца, несмотря на то, что Алекс оказывается здесь впервые.

Помощник Шаана проводил его в комнату, где на резной кровати с расшитыми золотом подушками Алекса уже ожидает багаж.

Оно навевает воспоминания гораздо более давние – еще с тех времен, когда разошлись его родители.