Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Как-никак у тебя диплом, высшее образование…

– Да… Диплом… Так легко его, оказывается, получить…

– Как это?

– Я ведь думала, что учиться будет так тяжело, что не потяну, а, оказалось наоборот. Я могла б три таких института легко закончить. Пойти б в аспирантуру, но кто ж будет меня содержать? – усмехнулась дочь, бросив на мать иронический взгляд. Ирини сидела на диване, смотрела перед собой, молчала.

– Да ты не думай, мама, – прервала паузу Наташа, знаю, – что хватит на твоей шее сидеть. Спасибо огромное, что устроила в институт.

Ирини, как всегда, отстранилась:

– Ты же знаешь, не люблю поцелуйчики, – проговорила она, неудобно и скрытно вытирая щеку о свое плечо.

Наташа смотрела и улыбалась:

– Вытирай, вытирай, а то, может, твоя дочь заразная…

Сели за стол, поговорили о том о сем. Наталья засобиралась к подругам."

"– Ну, что ж ты, не успеешь приехать, и сразу исчезаешь…посиди, отдохни, с матерью поговори.

– Мам, у меня же всего неделя отпуска.

– А что там делать: дети же не учатся?

– Учителям всегда есть над чем поработать. Планы, например, писать на новую четверть.

– Ну ладно-ладно, иди. Да, смотри, поздно не возвращайся. Сама знаешь, зеки кругом только и шлындают. Только и слышишь: кого-то убили, кого-то изнасиловали.

– Не беспокойся, мама. Приду не поздно.

А вот не пришла. Уже полдень, а ее все нет. Видимо, переночевала у подруги.

Глава двадцатая

Пролетел еще один год. Много чего переменилось за это время: женился старший сын Мавриди – Степан, новоиспеченный ветеринар. Дочь Саввы, Катерина, уже год работала на торговой точке в одном из зданий Адлерского Курортного городка, кстати, в десяти минутах ходьбы от их дома и была довольна, а значит и ему, отцу, было хорошо. Савва радовался, что и старшая дочь живет, можно сказать, рядом. Спасибо Костасу, приютил ее у себя.