Короли вкуса

Вот ведь сукин сын! Нет, это, конечно, детский лепет, однако парень носит адвокатское звание явно не за красивые глаза. Знает, подлец, о чем говорит. Значит, не выйдет запугать. Обидно. Но ладно. В конце концов, не за этим он его сюда вызвал.

— Кроме шуток. — Тон Смурова потеплел. — Вы поставили камеру — значит, чего-то опасались. Правда?

Помедлив, Бурлаков кивнул.

— Чего?

— Того, что случилось.

— То есть смерти Загорцева?

Бурлаков снова кивнул.

Вот теперь Смурову стало уже непритворно интересно.

— Были основания? Полагать, что Загорцева попытаются убить?

— Естественно.

— Какие?

— Человек, убивший Ильичева и Круглову и пытавшийся посадить Загорцева, все еще на свободе, — все так же ровно и безэмоционально объяснил Бурлаков. — Этот человек, насколько я могу судить, не имеет доступа к материалам следствия. Он решил, что Загорцев избежал наказания, и запаниковал. Возможности вернуть подследственного за решетку у него не было. Оставалось одно — убийство.

— Наказания — за что? — спросил Смуров, пристально вглядываясь в лицо Бурлакова.

— Это я и пытаюсь выяснить. Но если предположить, что проступок соразмерен наказанию, то речь должна идти об убийстве. Непреднамеренном.

— Значит, Загорцев все-таки убивал?

— В некотором смысле — да. Или содействовал убийству.

— А что, если человек, который на него напал, псих? Маньяк?"

"— Психи и маньяки, за редкими исключениями, придерживаются одной схемы, ритуала. В данном же случае у нас — одно отравление и один человек, вытолкнутый из окна.

— А Сигнальщик?

Теперь уже Бурлаков посмотрел на Смурова с любопытством. Медленно проговорил:

— Я же сказал: «За редкими исключениями».

Смуров откинулся на спинку кресла, несколько секунд в задумчивости покачался вперед-назад. Потом открыл ящик стола, положил туда пакет с камерой.

— Я могу идти? — спросил Бурлаков.

— Минутку. Я вызвал вас, чтобы понять. Зачем? Что в итоге? Видеоролик?

— В итоге — да, — кивнул Бурлаков. — Но это — не моя цель. Ролики всего лишь дают мне необходимый для жизни уровень дохода.

— А цель у вас какая?

— Найти преступника.

— Для чего? Чтобы переиграть полицию?

— Меня не интересуют игры с полицией. Мне интересно понять человека и таким образом вычислить его. В деле Сигнальщика никто не понимал убийцу — потому он и оставался безнаказанным долгие годы. Возможно, для того чтобы понять одного человека, нужен кто-то, кого не может понять ни один человек.

— Красиво сказано, — усмехнулся Смуров.