Королевская кровь. Книга 7

От нее полыхнуло таким жаром, что потрескались пустые кувшины и ветви на цветущих кустах жасмина обуглились. Ани снова вцепилась когтями в драконье плечо. Потекла кровь.

– Нет, – прорычала она вибрирующе, – не умрет. Помоги мне! Ну же! Прошу, Четери. Прошу тебя!

Он восхищенно, почти благоговейно цокнул языком и отступил. Потому что наконец-то окончательно слетели вся шелуха и предубеждения, и он увидел ее такой, какая она есть – величайший воинский дух, сильнейшая кровь буйного Красного, заключенная в слабое тело.

Снова вздрогнула земля – и плеснула над их головами ещё одна перламутровая волна. Ангелина подняла лицо.

– Что это? – спросила она неверяще.

Землю снова тряхнуло.

Тук-тук. Пауза.

В глазах принцессы появились ужас, смешанный с пониманием.

– Это его сердце, – глухо проговорил Четери. – Бьется все медленней.

– Да что же ты стоишь, глупый дракон! – крикнула она зло, мгновенно приходя в неистовство.

И Мастер клинков, как покорный слуга, отошел подальше и сделал так, как она велела.

* * *– Успею, – твердила она, глядя вперед, туда, где на горизонте разливалось белое сияние. Руки, сжатые вокруг красного шипа на гребне Чета, немели от напряжения и холода.

– Успею, – шипела она ледяным потокам ветра, выводящим песнь смерти. Смерть смотрела на маленькую женщину чуть насмешливо и снисходительно, дразнила ее, то даря надежду, то погружая в отчаяние замедлявшимся ритмом сияющих волн, колола едва заметными искрами звезд: «Ну куда ты торопишься, красная, зачем? Никто еще не ушел от меня, и он не уйдет, и ты не успеешь…»

– Успею!

* * *«Отец мой, помоги.

Ветер стал жарким, напоил ее силой, огладил ласковыми ладонями. Дракон фыркнул, затрубил благодарно, понесся ещё быстрее.

«Не в моих силах сейчас помочь тебе, дочь моя. Но все, что нужно, у тебя от меня есть».

Четери снижался, а Ани кричала ему: «Быстрее!». Перед ними в небеса редкими толчками изливался гигантский фонтан силы, растекаясь по небу. Выглядело это так, будто на каменной равнине стояла огромная и прозрачная переполняющаяся чаша, на узком дне которой цвел сверкающий терновник, шагов пятьдесят в поперечнике. Спутанный, переплетенный, как хрустальные жилы с огоньками-цветами.

Вокруг этой чаши, опустив головы, сидели сотни драконов.