На волоске

Мне казалось, что люди, живущие в таком средневековье, просто не могли жить тысячи лет, ведь что-то же могло измениться в лучшую сторону!

— Да, это правда, Малисат. Война разрушила Империю, в которой был лишь один канган. На окраинах империи, куда не доставала рука кангана и его посыльных, начинали появляться деревни, где люди даже и не знали об Империи. После раскола они создали свои небольшие канганаты и стали сильными. Только вот, когда стало очень много людей в этих станах, им пришлось договариваться с соседями и укреплять свои позиции еще сильнее.

— Почему ты начала это рассказывать? – я спросила, потому что мне и правда, было очень странно слышать это, ведь я не спрашивала ее о торговцах рабами.

— Потому что ты что-то не договариваешь, Мали. Я вижу, как изменился твой взгляд после того, как ты пришла от Фалеи. Ты решила бежать? Так вот, дослушай меня.

— Река Барета? – это название я слышала уже от Шоарана, но так он, как мне показалось, называл город.

— Да. Она берет свое начало из озера за Алавией и там, где в нее вливаются множество рек, заканчиваются границы Алавии. Там начинается Виелия, главный город Виелии тоже зовут Баретой, - рассказывала Крита.

— Оказывается, ты много знаешь об этом месте! - я не ожидала, что рядом со мной такой знаток географии.

— Горы, с которых вас привели – тоже земли Алавии, но дальше за ними, неплодородные территории. Там так много камня и такие сильные ветры, что даже деревце не может зацепиться корнями. Эти земли можно проходить несколько рундин, но ты не встретишь ни одного человека, только унгары, ведущие новых рабов, да огромные кошки, что живут в скалах.

— А я? Я же из Хиреты.

— Она дальше. Вас вели очень долго, Малисат, и за вас отдали большие деньги. Фалея ждала вас как дорогой товар, о вас много говорили. Тот гидган, что забрал тебя… Он уже приезжал еще до вашего прихода и он спрашивал Фалею, скоро ли приведут девушек с темной кожей.