На волоске

Дом был хорош для первой части моих планов: три этажа, большая лужайка перед домом, много комнат, которые легко переоборудуются под классы, есть даже комнаты на третьем этаже, в которых можно устроить спальни, что-то вроде общежития для приезжих. Конечно, когда профессий у нас прибавится, придется что-то придумывать еще, но пока, дом подходил как нельзя лучше.

— Нам нужны стулья и столы? – Лафат не мог найти места и суетливо осматривал каждый угол. Но приказчик, который показывал дом, быстро осек его:

— На чердаке хранятся и стулья, и лавки.

— Ну вот и отлично, - решила я, понимая, что, если мы сейчас не примем решение, Лафат меня поедом съест за нерешительность. – Сколько нужно заплатить до начала асфена? Спросила я уверенно, хоть и с большим трудом вспомнила название первого месяца осени, чуть не сказав «до осени».

Управляющий назвал цифру, и я на какое-то время «зависла» вспоминая, сколько дала мне Светлана и хватит ли этого.

Я хотела как можно быстрее встретиться со Светланой, рассказать ей все, что произошло за последние дни и обсудить возможность «передачи» мне на время ее доктора Хоттабыча.

Письмо с ответом пришло достаточно быстро. Ридганда Тиннариель отбыла в деревню, но связь посредством писем оказалась не такой уж и сложной. Мы писали на русском, и это полностью снимало вопрос о тайне переписки.

Она обещала привезти своего “медика”, как только они закончат свои книжные дела и сложные медицинские изыскания. Вот насколько надо быть «упёртой», чтобы сетовать за медицину. Хотя и мне теперь тоже стало спокойнее на этот счет. Боязнь за здоровье здесь была самым главным моим личным апокалипсисом. А если зуб? Или ненароком свалишься с лестницы и сломаешь ногу? Упаси Господь, даже думать было страшно.

Пока она решала свои дела в деревне, мы дружным кагалом положили все силы на подготовку дома.

Крита обмолвилась о том, что после такого обучения у меня не станет клиенток, но у меня были козыри в рукаве. Козыри, которые я выдавать не собиралась.