Королевская кровь. Книга 10. Часть 1 [СИ]

— Иначессс вы оссстанетессь здесссь навсссегда, — рявкнул он. — И тогдассс я откушшшу вам головыссс из милосссердия…

— Мы не будем ничего трогать, — пообещала Виктория. — Мы понимаем, какая честь нам оказана, прекрасный небесный дух, и благодарны тебе за это.

Дух благосклонно повел хвостом и отпрянул назад, заклубившись ветром где-то внутри помещения. Маги ступили под хрустальные своды обители и вцепились друг в друга, хватая ртом воздух и пытаясь удержать равновесие: их чуть не снесло с ног ветром и шквалом извергающейся из входа виты.

Тела закололо, резерв мгновенно напитался так, что ауры на какие-то секунды стали видимыми.

— Как в прорубь с Максовым тоником нырнул, — пробормотал барон, пытаясь проморгаться. Вики молчала, затаив дыхание от открывшегося зрелища."

"Если снаружи усыпальница была небольшой, то внутри располагался гигантский круглый зал: пространство, заключенное в хрустальную кружевную скорлупу, раздвинулось в сотни раз. Здесь гуляли, пели тысячи ветров, наполняя своды низким, почти колокольным гулом и шелестом.

По сверкающим стенам и огромным аркам пробегали радужные и перламутровые блики. Весь зал был усыпан драгоценными камнями: они лежали под ногами, поднимались вокруг мерцающими холмами, а на них безо всякой почвы росли звездочки-первоцветы, трепещущие от потоков воздуха. Далеко впереди, посередине этой необъятной сокровищницы, стояла хрустальная глыба размером с двухэтажный дом, мягко сияющая изнутри белесым светом.

На массивном троне, парящем над этой глыбой, спиной ко входу сидел человек.

Он бы обычного роста, но огненно-рыжие волосы его за прошедшие века отросли почти до пола и стелились по ветру, руки, покойно лежащие на подлокотниках, даже издалека изумляли белизной. Ног видно не было — трон снизу обвивал серебряный змеиный хвост.

Человек сидел лицом к огромной арке, разрезающей противоположную от входа стену так, будто кто-то вынул дольку из апельсина. Он был мертв — слишком покойно было здесь, в этой огромной гробнице, несмотря на играющие ветра, ползущих змей и порхающих змеедухов, слишком торжественно-звучно для живого.

Но именно от покоящегося исходил тот поток виты, от которого до сих пор мутнело в глазах.

За аркой среди лазурного моря купался в лучах рассветного солнца остров Богини-Воды, возлюбленной Инлия Белого и матери его младшего сына.

Ошеломленные всем увиденным, скованные ощущением чужого тяжелого взгляда, незваные гости склонились в поклонах и не сразу двинулись с места.