Король драконов и Принцесса-Апельсин

– Где ты была всё это время? Ты знаешь, что произошло во дворце?! И что с тобой? Ты сама на себя не похожа!

Мне стало и смешно и грустно от этих слов.

«Ты принял самозванку за свою дочь, – мысленно ответила я ему. – Поэтому удивительно, что ты заметил, что я отличаюсь от той, прежней Аранчии».

Но тут отец задал вопрос, который я ждала и в то же время мечтала, чтобы он никогда не был задан:

– А где твой брат?

Король Рихард медленно повернулся к нам, уперев кулак в бок.

Чёрные глаза дракона сверкнули, улыбка стала шире.

– Потом объясню.

Отец покосился на меня и осторожно освободился из-под моей руки.

– Ты странная сегодня, – пробормотал он, поглядывая искоса и потихоньку отодвигаясь в сторону.

– Думаю, сегодня и день странный, – сказала я и вдруг обнаружила, что стою возле трона одна."

"Это было удивительное чувство – ощущать своё вселенское могущество, но вместе с тем и одиночество.

Я задумалась, разглядывая короля драконов, который даже ради торжественной встречи родни не оделся наряднее. Он был в простой белой рубашке, небрежно завязанной на рукавах и вороте, в штанах из кожи тонкой выделки, какие носят на охоту. Правда, этот наряд шёл ему больше, чем всем лордам вместе взятым шли их камзолы, расшитые серебром и золотом.

Золото!..

Тут меня словно окатило тёплой морской волной – не такой обжигающей, как раньше, но согревающей. И я потянулась к этому теплу, позабыв обо всём.

На шее у лорда Лессио, стоявшего недалеко от Рихарда, красовалась золотая цепь толщиной в палец, с золотым же медальоном в виде розы. Я уже не раз видела эту драгоценность и частенько посмеивалась, про себя считая и цепь, и медальон гимном вульгарности и глупому хвастовству, но сейчас что-то произошло.

Сорвать, забрать, согреться…

Мне стоило огромных трудов устоять на месте, а не наброситься на графа, чтобы отобрать у него украшение.

Забрать, согреться…

Голос в моей голове совершенно точно не принадлежал королю Рихарду. Здесь был другой дракон?

Я даже оглянулась в поисках того неведомого, который внушил мне желание ограбить Лессио на виду у всех. Но в зале не было незнакомцев.