Мыльная сказка Шахерезады

– Стопроцентно, – подтвердил Сеня, – нет ни малейшего в этом сомнения, была записка, отсутствовали следы насилия. На момент смерти Светы ее муж Виталий неделю находился в командировке, в Москву не приезжал. Тьма свидетелей подтвердила: парень был с ними. Понимаешь? По возрасту Катя Мальцева нам подходит. И по времени тоже. Восемнадцатого июня она пропала, а двадцать пятого августа Ирина спешно въезжает в новую квартиру с дочкой. Ребенка могли где-то спрятать на короткий срок. Эй, ты слушаешь?

– Да, – сказала я, – очень внимательно.

– И мне пришла в голову мысль, – затараторил Семен, – сделать анализ ДНК! Надо взять мазок у Виталия и сравнить с пробой Кати.

– Хорошая идея, – согласилась я, – но у нас нет девочки.

– Зато есть ее зубная щетка, расческа, щипчики для ногтей, – быстро перечислил Сеня, – генетический материал получить можно. Засада с Виталием. Он…

– Умер, – перебила я.

– Жив, но женился на немке, уехал в Германию и вполне счастлив, – вздохнул Сеня. – Не угадаешь, что он мне заявил, когда я ему позвонил с вопросом: «Господин Мальцев, не собираетесь ли в ближайшее время посетить Москву?»

– Рискну предположить, что он не хочет возвращаться на историческую родину, – усмехнулась я.

– Угадала, – совсем не радостно подтвердил Собачкин, – и тогда я ему намекнул про анализ ДНК.

Меня охватило беспокойство.

– Ну ты даешь! Никаких доказательств, что Катя Соловьева – пропавшая Мальцева, у нас нет, твоя версия построена на песке. Зачем обнадеживать отца? И что мы можем ему сказать? Екатерина ушла из школы, и мы по сию пору понятия не имеем, где она? Каково будет человеку узнать, что его малышка нашлась и снова пропала?

– Если получим ДНК Мальцева, то, вполне вероятно, доказательства появятся, – закипятился Семен, – и Виталий не огорчился, потому что Екатерина не его дочь.

Я пару секунд переваривала эту информацию.

– А чья?

Семен быстро пересказал свою беседу с Мальцевым.

До рождения Кати Виталий и Светлана жили вместе не один год, и у них был сын Герман. Виталий любил супругу, но не считал зазорным сбегать налево.