Книга Балтиморов

Тогда же, в первый день, заплутав в бесконечных коридорах нового здания, он спросил у какой-то девочки, как пройти в его класс; девочкин дружок, здоровяк из выпускного, после уроков зажал его в коридоре, на глазах у всех вывернул ему руку и засунул головой в стеллаж. Вуди с Гиллелем извлекли его оттуда.

— Только не говорите моим родителям, — плача, умолял Скотт. — Если они узнают, меня переведут в другую школу.

Надо было что-то делать. Гиллель и Вуди после краткого совещания решили, что Вуди прямо завтра с утра вздует здоровяка, чтобы остальные раз и навсегда поняли, какие последствия их ожидают в случае покушения на друга.

Тот факт, что здоровяк по имени Рик занимался боевыми искусствами, не произвел на Вуди ни малейшего впечатления, да и для бедного парня оказался бесполезен. Вуди, как и было договорено, утром на перемене отыскал Рика и без предупреждения сбил его с ног ударом в нос. Гиллель вылил ему на голову свой апельсиновый сок, а Скотт, подняв руки, сплясал вокруг поверженного Рика победный танец.

— Браво, троица, — поздравил их мистер Бардон. — Второй день в школе, а вы уже избили своего товарища.

— Вы с ума сошли? — налетел на них тренер Бендхэм.

— Вы с ума сошли? — повторили Невиллы-родители.

— Вы с ума сошли? — отозвались дядя Сол с тетей Анитой.

— Не волнуйтесь, господин директор, — сказал Гиллель.

— Силы небесные, помолчи! — рассердился Бардон. — Сколько лет работаю в школе, ни разу еще такого спорщика не видел. Всего второй учебный день, а вы уже раздаете тумаки товарищам? Рекорд! Чтобы я о вас больше не слышал, ясно? А ты, Вуди, ведешь себя не достойно члена футбольной команды. Еще одна такая выходка, и мы тебя из команды исключим.

Больше в Баккери никто к Скотту не приставал. А Вуди заработал непререкаемый авторитет. Его уважали в школьных коридорах, а вскоре его слава разнеслась и по футбольным полям, где он блистал в составе «Диких кошек» Баккери. Каждый день после уроков он шел на школьную площадку тренироваться, а с ним и Гиллель со Скоттом: с согласия тренера Бендхэма они устраивались на тренерской скамейке и наблюдали за игрой.

Скотт был страстным болельщиком.