Книга Балтиморов

— Проблема в том, что, по-моему, я ничтожество, — сказал Гиллель.

— Да что ты такое говоришь?

— У меня же ничего не получается. Я не могу сосредоточиться. Да даже если бы и хотел, у меня не выйдет. Я ничего не понимаю на уроках, я совершенно запутался!

— Как это ты «ничего не понимаешь»? Гиллель, в конце-то концов, ты же такой умный мальчик! Ты должен постараться, у тебя все получится.

— Я постараюсь, обещаю, — ответил Гиллель.

Тетя Анита и дядя Сол захотели встретиться с директором Бардоном.

— Возможно, Гиллелю и скучно на уроках, — сказал Бардон, — но главное то, что Гиллель — нытик и не терпит, когда ему перечат! Начал ходить в театральную студию и вдруг раз, и все бросил.

— Бросил, потому что вы цензурировали пьесу…

— Цензурировал? Пфф! Дорогой мистер Гольдман, яблочко от яблоньки недалеко падает, вы рассуждаете прямо как ваш сын. Стейнбек или кто другой, но брани в школьном спектакле не место. Конечно, не вам же потом разбираться с родителями учеников. Просто Гиллелю надо было подобрать более подходящую пьесу! Кому это в четырнадцать лет взбредет в голову ставить Стейнбека?

— Возможно, Гиллель несколько опережает свой возраст, — предположила тетя Анита.

— Да-да-да, конечно, — вздохнул Бардон, — знаю я эти песни: «Мой сын такой умный, что все считают его тупицей». Я их с утра до вечера выслушиваю, знаете ли. «Мой сын такой особенный, бла-бла-бла», «он нуждается в особом внимании, бла-бла-бла». У нас государственная школа, мистер и миссис Гольдман, а в государственной школе требования ко всем одинаковы.

— Так что вы предлагаете? — спросил дядя Сол.

— Вообще-то, наверно, Гиллелю неплохо было бы побольше работать. Если б вы знали, сколько у меня в школе было детей, которых родители считали гениями, а через несколько лет их встречаешь на автозаправке!

— А в чем проблема, что люди работают на заправке? — спросил дядя Сол.

— Ни в чем! Ни в чем! Черт, как же с вами трудно разговаривать. До чего агрессивное семейство! Я хочу сказать только то, что Гиллелю, наверно, стоит потрудиться, а не думать, что он и так все знает и что мозгов у него больше, чем у всех учителей, вместе взятых.