Моя младшая жена

Сейчас скорая подъедет, открой им.

— Скорая?..

— Да, для Аллы.

На светофоре наконец-то загорается зелёный, и я срываю машину с места.

— Нахрен ей скорая? Или это психиатрическая?

— Просто вернись и впусти. Я сейчас буду.

— Да я не могу! У меня встреча!

— Ты нашёл работу и съезжаешь?

— Нет…

— Тогда это неважная встреча. Возвращайся.

— В последний раз! Не смей распоряжаться мной!

— Согласен. В последний.

Скидываю. Набираю Аллу.

— Ну наконец-то соизволил позвонить сам!

— Как ты себя чувствуешь?

— Ужасно!!

— Сейчас приедет скорая.

— Зачем?.. — удивлённо.

— Людмила Фёдоровна сказала, что у тебя кровотечение.

Тишина.

— Я вызвал скорую.

— Не нужна мне никакая скорая! Что за чушь?! — бросает трубку.

Ясно…

Подъезжаем к дому как раз в тот момент, когда врач со своим фельдшерским саквояжем выходит из открытых ворот.

— Подождите, — вылетаю я из машины. — Вы её не забираете?

— Пациент отказался от госпитализации, осмотр провести не позволил.

— Задержитесь, пожалуйста, я поговорю с ней.

— Мы не можем ждать, у нас следующий вызов. Вы убедитесь сначала, что человеку нужна неотложная помощь, а потом уже звоните, — недовольно.

Задумчиво постукиваю пальцами по капоту скорой. Трогается. Делаю шаг назад, пропуская её.

— Тимур… — касается моей руки Ляся.

Разворачиваюсь.

— Мне можно с тобой в дом? Я хотела бы взять пару вещей.

Это так ужасно звучит — её вопрос. Словно она здесь никто. А это не так.

— Конечно. Это наш дом. И то, что там временно находится Алла, не отменяет того, что хозяйка — ты.

В этот раз я веду её за руку, не оставляя в одиночестве. И вообще, я больше не готов к тому, что в нашем доме будет кто-то, кроме меня и Ляси. Я недооценивал степень её уязвимости. Надо исправлять ошибки.

Ляся замирает перед лестницей наверх. Вздыхает.

— Мне очень жаль. Я хотела бы извиниться перед Аллой.

— Она наверняка толкнула первая.

— Да. Толкнула. Но не столкнула, как я её.

— Она не примет извинений.

— Отец говорил: дело виноватого — просить прощения.

Уходит наверх. А мне кажется, это бесполезный аттракцион — извиняться перед Аллой. Для некоторых чужое чувство вины — это всего лишь орудие против виновного. И я без угрызений совести это оружие сейчас отниму. Потому что… это не кровотечение! Было бы кровотечение — Алла мгновенно сама бы вызвала скорую, пытаясь спасти единственный аргумент в пользу своего особенного положения в моей жизни.