Княжий венец

Может тогда это боль перестанет рвать нутро на куски и утихнет? Хоть немного?

Силы окончательно покидали, так что Тами некрасиво споткнулась уже на пороге «Логова». Недолго думая, Джанибек подхватил сестру на руки и нахмурился. Совсем она невесомая стала! Что произошло с его младшенькой сестренкой? Еще и князь замешан. С благодарным вздохом она обняла его за крепкую шею, обессиленно устроив голову на плече."

"Когда вошли в кабинет воительницы, волхв щелчком зажег несколько свечей, отгоняя царивший полумрак. Джанибек, если и удивился, но виду не подал – выучка дворцовая еще и не к такому приучит.

Драгомир посмотрел на девушку и посмурнел еще больше. Молча налил воды кружку, подогрел ладонью и бросил туда из мешочка несколько бусин.

- Выпей, девочка, - неожиданно мягко произнес он, - это придаст сил.

Будь Тами чуть менее отупелой от навалившейся боли, она бы растерянно захлопала ресницами. Драгомир и сочувствие были также не совместимы, как свет и тьма. А вот поди ж ты. Но сейчас ей было все равно. Она выпрямилась на коленях у брата, равнодушно выпила содержимое и вернулась в прежнее положение. Приглушенно чувствуя благодарность за разливающееся от сладковатого напитка тепло. Слезы начали потихоньку отступать. Но не боль, ее лишь слегка припорошило.

- А теперь я готов выслушать, - Драгомир с усталым вздохом сел за стол.

- Сначала – я. Мири, как ты тут оказалась? - мягко спросил брат, осторожно поглаживая ее по спине, - ты же уехала со свадебным обозом.

- В каком смысле? – удивленно взметнулись брови волхва.

- В прямом. Отец сговорился о ее браке с половецким ханом.

- С ханом? С самим Гардашем? Ему же за семьдесят?

- Семьдесят два, - равнодушно поправила Тамирис, прокручивая пуговицу на камзоле брата.

- Тогда – зачем? – обтекаемо уточнил Драгомир.

- А кто может отказать половецкому хану? – недобро усмехнулся Джанибек, - За ним – Степь. Захотел и получил. Тем более не пойму, как ты тут оказалась? Сбежала – понятно, но как?

- Легко, - пожала она плечами, - слишком отец и остальные поверили, что я никуда не денусь. Перед отъездом, в знак подчинения воле кагана, надела паранджу, с густой сеткой на глазах. И сказала, что ее с меня снимет только будущий муж.