Князь для Белоснежки

Лучше бы уволил к чертям всю бухгалтерию. Лишь бы девочка не пострадала.

— Проблему бы не решило. А этот псих рано или поздно Свету… бл… видели бы вы, что там в квартире у него… — Сергей слишком эмоционально отреагировал, но Алек своими крепкими объятьями сгладил впечатление, удерживая любимую от паники.

В этот момент появился Зарецкий. Все подпрыгнули, но он жестом показал, чтоб не дергались.

— Состояние стабилизировалось. Но тяжелое. Ирина в реанимации, в ближайшее время будет проведена операция. Врачи делают все возможное и невозможное.

Сам Зарецкий не участвует в спасении ее жизни — помощь нейрохирурга пока не требуется. Но он приглядывает и, если время позволит, будет сообщать о динамике. Как только освободится лечащий врач, поговорит с родственниками.

Дмитрий Сергеевич откланялся, за ним вышла Таня.

— Печально, что мы видимся в столь тяжелых обстоятельствах, — похлопал ее по плечу старый друг. — Помогу, чем смогу.

— Спасибо, Дим, ты итак очень помог. Скажи, только честно, Ира выкарабкается?

Пронзил ее внимательным взглядом.

— Она борется, почти, как твой муж тогда. Вот и он, кстати, не спускает глаз. Ревнует.

Таня невесело усмехнулась. Вот уж точно. Андрей даже не пустил ее одну. Надо полагать Зарецкий — главная причина.

— Ты как вообще? Как отношения с Дашей?

Дима тепло улыбнулся.

— Буду тебе до конца жизни благодарен, что познакомила нас. Еще рано говорить, но, кажется, я уже не так страдаю по тебе, — он подмигнул, махнул рукой Андрею и ушел.

А дальше длительное ожидание, в конце которого вышел доктор, проводивший операцию.

Не смотря на возражения Светы, Сергей отправил их с Алеком домой до завтра. Хотя тот и волновался за сестру, все же новая информация об изменениях в организме Светы подействовала. Ей нужно прийти в себя, отдохнуть.

Воронцовы тоже пока уехали. Остались Сергей с отцом.

— Может, расскажешь уже старому Князю историю своей любви с Белоснежкой? — вдруг спросил Анатолий Филиппович.

Сергей не ожидал, но видимо на нервной почве язык развязался. Поведал об их отношениях. Пока рассказывал, многое переосмыслил, многое понял.

— Лишь бы выжила, а дальше я буду всю жизнь исправлять свою ошибку. Виновата не Светка, понимаешь? Все я! Мне нужно было ей доверять. А я даже не выслушал! Виноват по всем статьям. В ноги упаду, вымаливая прощение, лишь бы жила. Люблю ее всей душой.