Княгиня Евдокия 5 (СИ)

Дуня понимала, что нужна резина, но с выжиманием сока из одуванчиков и бересклета у неё не задалось. В это производство надо было вкладываться, чтобы получить заметный эффект, но строительство слободки забирало все доходы.

— Кузьма, — подозвала она Балашёва, — возвращаемся в замок. Погуляли и хватит.

— Вот и ладно, боярышня, — обрадовался он. — Дело к вечеру, холодает. Князя звать?

— Не надо. У Юрия Васильевича сейчас свои заботы, — она оглянулась на шатер, откуда доносился женский смех. — А я что-то замерзла, не дай бог заболею… не хотелось бы.

— Тогда поспешим, Евдокия Вячеславна!

Но тихо уехать не получилось. Царевич подошёл, расспросил и сказал, что дядя Юрий расстроится:

— Дунь, он же всё это устроил для тебя, — укорил её Иван Иваныч.

— Я знаю и очень это ценю. Юрий Васильевич подарил мне замечательный день, который я бережно сохраню в своей памяти. Но надеюсь, что не последний, — светло улыбнулась Евдокия, с нежностью подумав о князе.

А князь в это время вертелся как уж на сковороде, окруженный придворными Стефана, отвечая на вопросы и желая только одного — последовать за Евдокией.

Примечания:

Церковь о звездочётах* — Преподобный Максим Грек: ""…Нет, я никогда не соглашусь с этим богомерзким учением безумных звездочётцев, лишающим меня свободы воли! ""

Блаженный Августин: ""… они стараются устранить в нас побуждение молиться, и в худых, заслуживающих справедливейшего порицания делах, с нечестивою извращенностью располагают обвинять скорее Бога, творца звёзд, чем человека-преступника"".

"…калечить друг друга или оскопят*… — Дуня говорила об этом, зная, что именно сомнения дали пищу для зарождения сект скопцов и тюкальщиков (раздробление костей молоточком, чтобы мученик добрался до Бога)

Дельтаплан* — форма паруса схожа с греческой буквой дельта, а «планом» обозначалась плоскость.

…мочу привозили даже из Карфагена* — город сравняли с землей до нашей эры, но образованные дамы не заметили этого.

Афонсу собрался вести войну с мужем Изабеллы Фердинандом* — В Европе короли так же, как Иван Васильевич, собирали земли под свою руку.

Глава 18

— А ты любишь князя? — шёпотом спросила Елена у Евдокии, когда та уложила её спать.

— Не знаю, — боярышня устало пожала плечами и присела на край кровати.