Ключи судьбы

Она еще не опомнилась от того утра, когда княгиня расспрашивала ее о Малко из Кольца, а Свенельдич сидел в стороне и молча слушал. Ничего угрожающего не было в его облике, и он не сказал ни слова, но Малушу тогда не оставляло чувство, что ее жизнь висит на волоске. И именно он, Свенельдич, одним быстрым движением оборвет этот волосок, если она скажет хоть что невпопад.

Эльга взошла на возвышение, села на тронос, положила руки на подлокотники и выпрямилась, будто греческие послы уже стояли перед ней. Улыбнулась, представив их на коленях.

Однажды она уже принимала цесарских посланников – не здесь, а в Олеговой гриднице, и было это шестнадцать лет назад… После второго Ингорева похода на Греческое море, когда он дошел с войском в лодьях и на конях только до Дуная, а там его встретили Романовы люди и предложили мир. Поднесли богатые дары. Когда Романовы царедворцы в конце того же лета прибыли в Киев обговаривать условия мира, она еще ничего не знала о прехитром укладе царских приемов в Мега Палатионе. Тогда молодая княгиня впервые в жизни видела греков и с трудом сохраняла невозмутимость: хотелось, вытаращив глаза, рассматривать каждую мелочь их платья, узоры мантионов, длиннорукавных кафтанов-скарамангиев и сшитых из пестрого шелка высоких чулок. Одеты они с Ингваром и сами были не хуже – но появление здесь, в старой Олеговой гриднице, этих протоспафариев и даже одного магистра означало, что их упорные труды принесли спелый и сладкий плод.

Откинувшись на спинку престола, Эльга скрестила руки на груди.

Весть о прибытии Константиновых послов в Витичев она получила более двух седмиц назад. По привычке было подхватилась – надо же к приему готовиться! – но Мистина посоветовал не спешить.

– Пусть в Витичеве посидят. Вели сказать, что примешь их сразу, как только дела позволят. А пока Тормар их на лов свозит, чтобы несильно скучали… но все же пусть и поскучают малость.

Эльга улыбнулась в ответ. Мистина был при ней в числе прочих русов, когда они три месяца жили в предместье Святого Мамы близ Царьграда, дожидаясь первого приема у Константина.

Три месяца она жила за три поприща от цесарского дворца, бывала в Городе, разглядывала снаружи и сам дворец, но не видела никого из василевсов. Три месяца ждала, пока Константин выберет для нее время. И теперь принять его послов сразу – значит себя не уважить. И пусть она не носит цесарского звания, но и приехал ведь к ней не сам Константин и даже не сын его Роман.