Ключ от вечности

Полки были заставлены не современными томами в ярких глянцевых обложках и не мягкими карманными изданиями – на этих полках стояли тяжелые темные фолианты в потертых кожаных переплетах, названия на корешках были вытиснены тусклым, выцветшим от времени золотом или поблекшей, как свернувшаяся кровь, киноварью, некоторые корешки были истрепаны до самой последней степени, а то и вовсе отсутствовали. Да и там, где названия были, прочесть их Надежда все равно не могла, поскольку они были выведены витиеватыми готическими буквами, более напоминающими не книжный шрифт, а причудливо вьющуюся виноградную лозу.

Оглядев одну из полок, Надежда все же заметила потертый кожаный корешок, название на котором было выписано не готическим шрифтом, а кириллицей. Но и это название было трудно прочесть и еще труднее понять. С большим трудом Надежда разобрала слова: «Зело премудрый гримуарий потайного знания, составленный для просвещения и умудрения взыскующих истину фрязином Гвидоном Арнейским».

Надежда пожала плечами и шагнула к следующей полке, но тут перед ней, словно из-под земли, возник удивительно маленький человек с круглой блестящей лысиной, окруженной венчиком тонких седых волос, напоминающим созревший одуванчик. Казалось, дунь на него посильнее – и волосы улетят.

На мужчине были массивные очки в черепаховой оправе, за которыми прятались желтые выразительные глаза.

«Откуда он взялся? – подумала Надежда с любопытством. – Ведь секунду назад его здесь не было…»

Она быстро оглядела книжные стеллажи в той стороне, откуда появился забавный человек, и увидела, что один из них стоит не вплотную к стене. Ага, да здесь полно всяких секретов…

– Приветствую вас в магазине «Чернокнижник»! – проговорил мужчина неожиданно глубоким и красивым голосом, более подходящим актеру, а не букинисту.

– Да уж, здорово вы упрятали свой магазин! – проговорила Надежда.

– Подлинное знание таится во тьме, – ответил он. – Тянущийся к нему должен преодолеть многие преграды. – И тут же произнес совсем другим тоном: – Позвольте узнать ваше благородное имя!

Надежда на мгновение замялась, но потом вспомнила трагедию Гёте «Фауст» и назвала единственное связанное с ней имя, которое она вспомнила:

– Маргарита.