Клан

А еще я так и не поговорил с вампирами и орками о раакшасах, которых встретил в нашем лагере. Если они как-то связаны с карлонгами, то это необходимо выяснить. Только вот, сдается мне, что если это и они, то действуют тут примерно так же, как и в Содружестве. А значит, выйти на них можно лишь через этих их слуг.

Но мы разберемся с этим. А пока вперед. И я припустил между деревьями, двигаясь по тропе, вслед за ушедшим вперед отрядом.

* * *Гааг не понимал, как он остался жив, но почему-то он своему новому хозяину верил гораздо больше, чем тем, кто его когда-то создал.

А потому сейчас он молча лежал в странной сумке этого непонятного… кто он такой, тарк так и не смог определить, он не знал такой расы среди людей… и ожидал того, что же с ним произойдёт дальше.

Он не знал, как называется это чувство, которое сейчас проснулось внутри него, но сразу поверил своему новому хозяину и был благодарен ему за тот второй шанс, что тот ему предоставил, хоть и на таких смертельно опасных условиях.

Неожиданно он встрепенулся. Гааг вспомнил то слово, которое могло обозначить его отношение к новому хозяину. Это именно то, чего от них так и не смогли добиться старые. И называли они это словом «преданность».

Неизвестная планета.

Леса на северной оконечности континента.

Что-то около полутора часов спустя

– Так ты говоришь, что там были змеелицые? – уже в который раз переспросил у меня главный из орков.

– Да, – подтвердил я, – если мы говорим о чешуйчатых полулюдях, вечно ходящих в хламидах, с лицами, похожими на морду ящерицы, то это именно они. И да, их там было пятеро.

– Много, очень много, – протянул Шрам, глядя на Старика, – обычно можно встретить не больше двух. А тут сразу пятеро, да еще и с эльфами.

Говорили мы по дороге, направляясь в местный форпост, который орки именовали как Фортом, так и своим домом.

– Ты не заметил ничего странного? Может, пока ты был у них в лагере, тебе удалось что-то выяснить? Например, куда они хотят идти дальше?

Почему-то никто из них даже не предполагал того, что вообще-то от этого отряда уже ничего не осталось. Но и я сам говорить об этом им ничего не стал.