Хуже, чем ничего (СИ)

Я уже успела напридумывать себе всего не то, что плохого, а скорее ужасного. — Да, давай. Я с удовольствием. Я и с подругой поделюсь.

Несколько секунд Этьен неотрывно смотрел на меня. Мне даже показалось, что у него глаз дернулся.

— Когда я впервые подумал, что ты похожа на одноклеточное, я не думал, что настолько.

Так я его неправильно поняла?

Я сильнее вжалась в стеллаж. Почему он стоит настолько близко? Это же ненормально и неуютно. Неужели, пытается морально надавить на меня?

— Если тебе нужна помощь, просто скажи прямо в чем именно, — произнесла, поджимая губы.

Внезапно Этьен убрал руку от стеллажа, затем развернулся и пошел прочь. А я, неотрывно наблюдая за тем, как он покинул библиотеку, даже не дышала. Смогла это сделать лишь в тот момент, когда за Дар-Мортером закрылась дверь.

И внезапно мне даже стало легче. Словно из-за его присутствия воздух наполнялся напряжением, раздирающим сознание. А сейчас оно исчезло. Все стало ровно так, как и было.

Некоторое время я стояла неподвижно.

Кинув взгляд на список, я повернулась к стеллажу. Найдя там нужную книгу, развернулась к столу…

… и увидела, что за моей спиной стоял Этьен.

А я как отскочила. Как закричала. Мне внезапно показалось, что я очутилась в фильме ужасов.

Как он, черт раздери, так бесшумно ходит? Как настолько незаметно появляется?

— А… Это я от счастья кричала, — произнесла, отталкиваясь ладонью от стены, в которую я в испуге впечаталась и искажая губы в натянутой улыбке.

Господи, да зачем он вернулся?

Этьен посмотрел на меня особенно мрачным взглядом, после чего протянул ладонь и сказал:

— Отдай тетрадь.

Уголки моих губ медленно поползли вниз. Ну все. Пожила и хватит. Жизнь была не длинной, но почти счастливой.

Глава 32. Ничего

— А… Она тебе срочно нужна? — спросила, переступая с ноги на ногу. Я на самых сложных экзаменах нервничала не настолько сильно, как сейчас.

— Да, — Этьен смотрел на меня так, словно само мое существование его бесило. Но меня волновало не это, а его ответ, который был подобен смертельному приговору.

— Ладно… — протянула, после чего очень медленно пошла к своей сумке.

Во мне боролось две крайности — первая твердила, что я слишком сильно переживаю и ничего плохого не произойдет.