Хрупкое сердце

Но это не означает, что желание, которое сблизило нас в чужой спальне, утихло. Не утихло, и я по-прежнему хочу ощущать его близость и губы. Хочу. Ему удалось разбудить во мне что-то, чего оказалось так много, что я не могу это держать в себе.

Я сама привстаю на носочки и тянусь к парню. Целую его, задержав свои губы на его.

– Я знаю, что небезразлична тебе, Марджанов, иначе бы ты не пошел за мной. Но, пожалуйста, не говори про любовь. Я сегодня увидела ее во всей красе. И нет, ты не замена Владу, ты – особенный, поэтому я здесь.

– Алиса.

– Это честно.

Я никогда не целовалась так головокружительно и долго, уйдя в поцелуй с головой, что не замечаю, как снова оказываюсь в спальне парня. Мы не спешим с ним, но и не медлим. Все развивается так, как и должно быть, когда для двоих не остается сомнений. Я это чувствую, потому что желание не уходит, и мы продолжаем изучать друг друга губами и руками.

Руслан снимает с меня свитер и сдергивает с себя рубашку. Он худее Влада и не такой мускулистый, но подвижнее и гибче. И крепкие руки легко поднимают меня, чтобы уложить на постель. Сев сверху так, чтобы упереть колени по обе стороны от моих ног, он снимает с меня юбку, а затем колготки.

– Ты всегда всех раздеваешь? – я смотрю в сосредоточенное лицо, запоминая его таким.

Марджанов красивый парень, одни глаза и дерзкая линия скул чего стоят, недаром девчонки засматриваются. Был бы милым – пачками разбивал сердца. Но он вовсе не милый, скорее наоборот, и многие о его ухмылку царапаются. И все же я верю, что именно сейчас он настоящий.

– Нет. – Он вдруг смущено хмурится. – Вообще никогда.

– Извини, было глупо спрашивать. Наверное, я немного нервничаю.

– Зачем? Я уже «видел» тебя руками, Снег. А ты? – Руслан возвращает вопрос. – Точнее, он тебя… – запинается, но и так ясно, о ком речь.

– Нет, – отвечаю. – Вообще никогда.

Не знаю, понимает ли Руслан, что я имею в виду, но дальше не спрашивает. Встав с кровати, расстегивает ремень и снимает брюки. Возвращается ко мне в одних боксерах.

– Тебе холодно?

– Немного.

– А так? – он ложится рядом и укрывает нас одеялом. Нависнув надо мной сбоку, касается грудью.

– Нет.