Хранитель Ардена

Стражники принесли сверток с чистой тканью, настойками и иглой, после чего Ахига с ловкостью талантливого лекаря залатал рану Инео и наложил повязки. Если верить его словам, единственное, на что не скупился Джованни, – это целебные снадобья для лечения ран рабов, на которых он возлагал большие надежды.

Значит, Инео входил в их число. Но хорошо это или плохо, он пока не решил.

– Где ты научился лекарскому делу? – поинтересовался Инео, когда Ахига закончил с перевязкой.

– У себя на родине я был лекарем.

Инео удивленно вскинул брови.

– Я думал, ты был военным или занимался тяжелым физическим трудом.

Превозмогая боль, Инео уселся на циновку и принялся за обед, который стражники принесли вместе с лекарскими принадлежностями. Флягу с водой он прислонил к стене, чтобы та медленнее нагревалась от духоты в темнице.

– Физическим трудом я занимался вдоволь. У меня был скот и большая усадьба, за которой нужен был хороший уход, – ответил Ахига, баюкая в руках свою фляжку. – Да и все мужчины острова Вамир обладают хорошей боевой подготовкой, чтобы защищать свои земли от набегов работорговцев.

Ахига закончил рассказ, а Инео впервые увидел на его лице тень грусти.

– Мне очень жаль, Ахига, – искренне посочувствовал он. Сам Инео ничего не помнил о своей прежней жизни, и возможно, от этого ему было проще смириться с нынешним положением и сохранять холодный, ясный рассудок. – Мы найдем способ выбраться отсюда.

Ахига покачал головой с грустной улыбкой.

– Ты нравишься мне, парень. Но как же ты молод и глуп. Выход здесь только один – смерть.

– Тогда почему ты сохраняешь оптимизм? Почему борешься за жизнь с таким отчаянием? Не потому ли, что в глубине твоей души все еще теплится надежда?

Ахига отложил флягу.

– Я борюсь за жизнь, потому что так велено мне верой предков. Лишь трус и слабак сдается перед лицом смерти. Истинный муж Вамира будет сражаться до последней капли крови.