Хранитель Ардена

Сесиль расплакалась пуще прежнего, пока отец прижимал ее к своей груди, целуя в макушку.

Инео поведал о том, как отыскал Сесиль в лесу, как ему помог Микаэль и как он сам убил работорговца, который отобрал его свободу. Маттео, в свою очередь, поделился, что их отряд сумел перебить всех пиратов.

– Ты спас мою дочь. Для меня нет ничего дороже моих детей. Проси, о чем хочешь, Инео, – сказал Маттео.

Инео сжал в кармане перстень. От него волнами расходилось по телу тепло и приятное покалывание. Перед глазами возник образ беременной девушки из сна.

– Ты знаешь, чего я хочу.

Маттео тяжело вздохнул.

– Я все еще уверен, что тебе лучше смириться с судьбой и попытаться найти свое счастье в Маритасе. Ты так и не вспомнил, где твой дом.

Инео покачал головой.

– Знаю. Но я точно уверен, Маттео, что ты ошибаешься. Меня ждут. Неважно, сколько потребуется времени, но я отыщу путь домой. Только верни мне свободу.

Маттео тяжело вздохнул и по-отечески улыбнулся.

– Будь по-твоему. Ты свободен, Инео.

Услышав эти слова, Инео будто избавился от тяжкого груза. Его сердце радостно затрепетало, а в груди появилась необъяснимая легкость, которую он испытал впервые за долгие два года.

Он наконец-то свободен.

По возвращении в усадьбу Инео первым делом отправился в купальню, чтобы смыть с себя кровь Лимаса, которая запятнала его лицо и рубашку. Маттео вызвал для Сесиль лекаря, и тот успокоил всех, что девушка была в полном порядке, лишь очень напугана. При виде Инео она так бледнела лицом, что он не стал навещать ее после ухода лекаря.

Инео достал из кармана перстень и бережно провел пальцем по гладкому иссиня-черному камню. В груди снова появилось странное трепетное чувство, словно это кольцо было не просто единственной связующей ниточкой с его прошлой жизнью, а проводником, что укажет путь домой. Взволнованно вздохнув, Инео осмотрелся по сторонам, будто собирался совершить преступление, и надел перстень на палец.

Сначала ничего не произошло, и он разочарованно выдохнул. В следующее мгновение камень в кольце озарился ярким синим светом, и его руку прострелила страшная боль. Инео зашипел сквозь стиснутые зубы и встряхнул рукой, однако боль не утихала – она начала распространяться по всему телу, достигая самого сердца. Он начал задыхаться и попытался снять кольцо.