Хранитель Ардена

Помню, как отец делал для нас с Изанум деревянные игрушки, а мама пела колыбельные на ночь. Помню, как папа ласково обнимал и целовал маму, думая, что мы не замечаем. Но с годами я позабыл, каково это – испытывать простые человеческие радости, каково любить кого-то, дорожить им, делить с ним радости и печали.

Тина с трудом сдерживала слезы. Закария, напротив, свои слезы не сдерживал.

– Ты перевернула мою жизнь, Тина Эйнар. Сначала я противился чувствам, злился на себя, хотел стереть их из головы и сердца, думал, что я слабак… Но теперь понял, что ты – не слабость.

Тина не сдержалась и хихикнула сквозь слезы, но Закария был как никогда серьезен.

– Я хочу есть твои печенья с изюмом, пока не разжирею, хочу построить для нас дом с небольшим садом и завести кошек, которых ты так любишь. Я хочу, чтобы мы провели настоящий ритуал бракосочетания и чтобы брачные руны никогда не сошли с наших тел. Ты согласна стать моей, Тина Эйнар?

– Да, я согласна… – Она всхлипнула, вытирая ладонью слезы.

Закария издал странный булькающий звук и, привстав, поцеловал ее. Его губы были солеными от слез, но Тине было все равно. Она прижалась к нему всем телом, желая ощутить то тепло, которого ей так не хватало. Их с Закарией малыш снова пинался внутри, словно вместе с Тиной радовался его возвращению.

Глава 31

Октябрь, 1137 г. со дня Разделения

За окном сгущались сумерки, а из форточки дул холодный осенний ветер.

Она загружала себя любой работой, лишь бы не позволять ненужным мыслям вырываться из плена холодного рассудка. Это было невыносимо сложно.

Особенно в этот вечер.

Сегодня была вторая годовщина смерти Анны и Рэндалла.

Накануне они отпраздновали двухлетие Рэна.