Хранитель Ардена

Подмечать то, что упускают из виду другие; слышать то, о чем шепчутся в потаенных углах; считывать человеческие эмоции с лиц, словно текст в открытой книге; ощущать и прощупывать чужую ауру – всему этому Закария обучался с малых лет, чтобы стать достойным Ордена теней. Чтобы заслужить звание мастера и бросить вызов тому, кто лишил его семьи. И ради этого он не должен был засорять разум ненужными мыслями о какой-то чужеземной девушке.

– Боже спаси! – из размышлений его вырвал истошный вопль тучной поварихи Поппи.

Раздалось громкое мяуканье, звон посуды, а через секунду из-под разделочного стола выбежал тощий, грязный, облезлый котенок. Он на дрожащих лапах пытался увернуться от метлы кухарки. Девушки, под чей стол он спрятался, брезгливо отпрянули и начали шикать на него. Закария не мог их осуждать. Зверь в самом деле был настоящим уродцем: один глаз заплыл и не открывался, а в пасти была большая расщелина, через которую виднелись кривые зубы и сочилась слюна.

Через мгновение котенка все-таки выгнали из-под стола, и он под ругань кухарки и служанок шмыгнул через приоткрытую дверь прочь из кухни.

Переполох быстро сошел на нет, и Закария продолжил насильно заталкивать в себя ненавистную рыбную похлебку. Женщины на кухне его не жаловали из-за грубости и нелюдимости, и поэтому просить другую еду было равносильно тому, чтобы вовсе остаться без обеда. Он и так часто пропускал приемы пищи и очень мало спал благодаря своей службе и обучению.

Но в тот день ему доесть было не суждено. На противоположной стороне кухни послышался скрип стула, и Закария инстинктивно поднял голову, догадываясь, кто собрался покинуть кухню.

Тина поднялась с миской в руках. Несмотря на недовольное ворчание Поппи, которая явно поняла, кому она собралась отнести остатки еды, Тина вежливо ее поблагодарила за вкусный обед и торопливо направилась к двери.

Закария уговаривал себя оставаться на месте, но даже не понял, как оказался в небольшом саду во внутреннем дворике для прислуги.

"Закария укрылся за бетонной стеной и отыскал Тину среди зарослей кустов сирени. Она села прямо на влажную после дождя траву, поставила перед собой миску и усадила на колени трясущегося и жалобно мяукающего уродца.