Моя любой ценой

Будто под гипнозом.

Меня пугает, как далеко я могу зайти. Кажется, в этот раз нас ничто не остановит.

Остатки здравомыслия болтаются где-то на задворках, бьют тревогу, но я все, уже их не слышу.

— Нет, — сама не понимаю, как у меня выходит сохранить хоть каплю гордости.

Но в ответ получаю довольную ухмылку.

— Скучала, — самоуверенно протягивает мужчина. — Я тоже, Золотце. Прости, был занят. Не мог вырваться.

Вот казалось бы — какая мне разница? Но эти слова — словно бальзам на мою душу.

Он просто был занят! Он не пренебрег! Он…

— Чистая моя, — приговаривает Багров, медленно раздвигая мои ноги и вклиниваясь между ними.

— Я не…

— Моя, Злата. Принимай, как есть. Смирись, — чеканит он, мягко прикасаясь губами к моей шее, будто зная, что там у меня особо чувствительное местечко. — Хочу тебя, пиздец как. Хочу твой первый раз…

— Феликс… — срывается с моих губ очередная слабая попытка остановить происходящее.

— Повтори, малышка, давай еще раз. Мне нравится, когда ты произносишь мое имя.

Я слишком долго думаю, и Багров целует меня. Порочно, грязно. Так, как умеет только он.

Берет меня языком, словно показывает, что ждет дальше. И я впервые задумываюсь — а вдруг? Вдруг я зря держусь за свою мечту?

— Я буду твоим первым мужчиной, — уверенно заявляет он, пока пробирается ладонями под футболку. А я ведь без белья… — Научу тебя всему.

В голове не просто туман — там звенящая пустота. Я вся в этом моменте между нами.

— Подожди, я…

— Не бойся, Золотинка, я буду аккуратным, — уговаривает он меня, сжимает ладонями мою грудь, отчего я невольно прогибаюсь в спине, давая еще больший доступ к моему безвольному телу.

Я никогда в жизни не испытывала ничего подобного. Только рядом с ним. Мне так хорошо и так страшно одновременно.

— Я не обижу, красота…"

"Я лишь сдавленно мычу, когда его наглые пальцы умело проходятся у меня между ног.

— Ты такая ладная, такая красивая девочка, — продолжает обольщать Багров. Его слова находят отклик во мне, заставляют глупо улыбаться.

Он сейчас так мягок, хотя и настойчив. Нет той подавляющей грубости, что была в прошлый раз. Я нежусь в этой ласке, все сильнее поддаваясь искушению.