Хозяйка старой усадьбы

Они её когда-нибудь меняют?

Почти все столики в зале были заняты постояльцами и жителями близлежащей деревни, пришедшими пропустить стаканчик после трудового дня. На вертеле запекалось несколько кроличьих тушек, наполняя помещение приятным ароматом жареного мяса. Но он так и не смог перебить запах дешёвого алкоголя и разгорячённых мужских тел — женщин в зале почти не было. Прибавить сюда испарения, идущие от соломенного пола. Меня слегка замутило. Может, ещё нервное напряжение последних дней сказалось, напоминая, что я обычная слабая женщина.

— Чего изволят господа? — корчмарь расплылся в любезной улыбке, обращаясь преимущественно к Светлову, нас он словно не замечал.

— Три лучших номера и ужин.

Граф вытащил из кармана туго набитый кошелёк. Звонко звякнули несколько монет, одна из которых покатилось по прилавку. Корчмарь прихлопнул её рукой, попутно сметая остальные деньги в подставленную ладонь.

— Не извольте беспокоиться, всё будет в лучшем виде! Как раз, свободен лучший номер с большой кроватью! — тут он, наконец, обратил внимание на нас с Марусей, скользнув сальным взглядом по скрытым под плащами фигурам.

— Всё лучшее — дамам! Мы с другом займём отдельные комнаты.

Светлов хлопнул Михайло по плечу, подмигивая корчмарю. А тот от этих слов даже как-то повеселел и расслабился, а вот я, наоборот, напряглась. Он, явно, что-то задумал.

— Ужинать будете внизу или подать в номера?

— Можно нам ужин в номер? — я просто не смогу есть, нюхая эту вонь, помнится, в номерах было чуть лучше.

— Подайте дамам ужин в номер, а мы спустимся вниз.

Корчмарь крикнул свою помощницу, дородную рябую девку и велел поднять нам ужин в номер. После этого самолично отправился показывать нам комнаты.

Лучший номер оказался угловым. Посреди него стояла широкая кровать, в углу небольшой стол, два стула и даже шкаф. Михайло занял соседнюю комнату, а графа поселили в апартаменты напротив наших.

Мужчины вышли, оставив меня и Марусю одних в нашей комнате, а через несколько минут в дверь постучали.

Стоило только подавальщице уйти, как раздался ещё один стук в дверь. Гурий принёс саквояж с вещами. Не могли же мы ложится спать в платьях. Ещё он принёс корзинку с провизией. Помня рассказы Степана, есть то, что нам принесли, мы опасались.

Разворошив блюда на подносе, ободрав мясо с костей и вылив напитки в приготовленный для этого кувшин, сложили всё это в ту же корзинку, которую наш кучер унёс с собой, пообещав незаметно выкинуть по дороге.