Хозяйка проклятого острова

Ты согласна лишиться такого подарка судьбы?

Теперь на ответ понадобилось чуть больше времени.

Диана положила ладонь на плоский живот.

– У Джерарда больше нет магии. К чему мне жить триста лет, если мой любимый и мой ребенок – всего лишь простые люди?

– Глупо думать о других в такой момент, – недовольно проворчала пророчица. – Подумай хоть раз о себе. О том, какие возможности ты потеряешь! Если отдашь свой Дар, тебя ждет простая человеческая жизнь. Короткая, полная болезней и тягот. Ты готова к этому?

Диана печально хмыкнула:

– У меня и так всегда была только одна человеческая жизнь – не больше.

Да, теперь у нее есть малыш. И есть Джерард.

А у Ормонда нет никого. Но он, как никто иной, заслужил второй шанс.

– Так что ты решила?

Подняв на пророчицу полный решимости взгляд, Диана кивнула:

– Делай что нужно. И будь что будет!

Рушка обвела ее бледное лицо пристальным взглядом и усмехнулась:

– Что ж, тогда приступим…

Выглянув за двери, старуха подозвала служанку.

– Садись, – кивнула Рушка на тот, что стоял слева. – И дай мне руку.

Сама она заняла правый табурет. Когда обе женщины сели, вещунья легко сорвала шнурок с запястья Дианы и сжала ее руку. Их пальцы сомкнулись и переплелись над грудью ле Блесса.

А затем Рушка откинула капюшон.

Ее пронзительный взгляд впился в глаза Дианы двумя острыми иглами.

– Сейчас я заберу твою силу, – произнесла она низким скрипучим голосом, – всю, до последней капли.

Больно?!

А как же ребенок? Не пострадает ли он?

Эта мысль заставила Диану напряженно застыть. Свободная рука инстинктивно легла на живот, когда Рушка до хруста сжала вторую ладонь.

А затем пророчица что-то забормотала. Сначала тихо, но с каждым словом ее голос становился громче и крепче, а Диана внезапно почувствовала, как из нее что-то тянут.

Это было странное ощущение. Не боль, просто дискомфорт, который постепенно увеличивался, причиняя все больше беспокойства.

А потом Диана увидела их.

Черные вены проступили на тонком запястье, вспучились под бледной кожей кисти, пронизали пальцы, словно изломанные ветви деревьев. И, судя по ощущениям, такое происходило по всему телу, скрытому платьем.

Дискомфорт быстро перешел в неприятную тянущую боль.