Хозяйка княжеского дома

А ведь всего-то и нужно, что принести… Если бы Даниэль не подталкивал, так бы и спала не узком диване, а не на нормальной постели. Ха, я могу только догадываться, как ему сейчас ценна каждая бытовая мелочь.

Кресла я приношу сразу два, по очереди, разумеется: сначала одно за другим спускаю со второго этажа, затем дотаскиваю до кухни и вношу, ставлю себе первой, Даниэлю второму.

– Спасибо. Сесть за стол как человек очень приятно, – Даниэль напрягается, привстаёт и падает обратно. – Я сам!

– Сам, – киваю я.

Мне же проще. Лишь бы не упал.

Вторая попытка тоже не очень удачная.

– Проклятье! – Даниэль бьёт по подлокотнику.

– Спокойнее, – я обхожу его и кладу ладони на плечи. – У тебя уже получалось, нужно просто повторить. Давай я придержу спинку, чтобы кресло стояло на месте? А пересядешь ты сам.

Даниэль рвано выдыхает:

– Ты уговариваешь меня как ребёнка!

– Ребёнку бы я дала игрушку.

Упс.

Язык мой враг мой. Я сначала сбалтываю, потом вижу, как вытягивается лицо у Даниэля, потом осознаю, что именно ляпнула.

Даниэль рывком выпрямляется, делает нетвёрдый шаг и опускается в кресло за стол.

– О, смотри, как помогло! – хлопаю я в ладоши.

Даниэль шипит неразборчивое, вероятно, ругается, а я лохмачу ему волосы. Чуток обросли, стрижка не помешает.

– Бьянка, не трогай, грязные же!

Я бы не сказала.

Сама я привыкла мыть голову каждый день, благо на втором этаже нашла вполне цивильную ванну, но с Даниэлем сложнее – я приносила кувшины с тёплой водой, смывала пену прямо на пол, потом убирала…

– Я плохо промыла? – распахиваю я глаза.

Даниэль насупливается.

Я уже и забыла, как забавно его дразнить. В голос я не смеюсь, но лицо меня выдаёт, и Даниэль отворачивается, но я вижу, что он тоже улыбнулся.

Оставив его волосы в покое, я сажусь за стол.

Мясо немного остыло…

– Ещё тёплое, – я намекаю Даниэлю, что пора уже приступить к еде, и радуюсь, что ещё днём покромсала его порцию, иначе бы Даниэль выдал своё коронное ""я сам"" и мучился бы сейчас с ножом в непослушных пальцах.

– Вкусно, Бьянка, – он разжёвывает кусочек с таким видом, будто ест амброзию, пищу богов, не меньше.