Хороший плохой босс

Именно так я рассматривала сына, когда малыш только появился на свет, в наше первое знакомство. Я пыталась запомнить каждую черточку родного лица, каждую родинку. Этот взгляд наполнен искренней и сильной любовью, которая настолько распирает изнутри, что хочется ею поделиться со всем миром.

– Это…– запинаюсь, набирая в грудь побольше воздуха, чтобы выпалить «Твой папа», но тут Марк берет ситуацию в свои руки и приходит мне на помощь:

– Я – Марк, – протягивает руку. – Мы с твоей мамой вместе работаем.

– Я – Никита, – пожимает ладонь, как взрослый, не сводя глаз с отца.

Как будто почувствовал ту нить, что связывает этих двоих. Что-то родное. А это видно невооруженным взглядом. Я знала, что Китенок очень похож на Марка, сравнивая этих мужчин лишь в своей голове. Но стоило этим двоим оказаться рядом, как сходство стало очевидным. Закусываю губу и отворачиваюсь в сторону, потому что не могу смотреть на них без слез. Мне хочется выть от несправедливости. Почему?! Почему мой ребенок лишен отцовской любви и воспитания?! Ведь он ничем не хуже дочери Ани. Ведь он такой же ребенок Марка, как и она! Вот только никто мне не позволит увести Воскресенского из семьи, даже если бы я очень сильно этого хотела.

– Как дела, Кит?

– Ручка болит.

– Не переживай, до свадьбы заживет. У меня кое-что для тебя есть. Держи.

И на раскрытой ладони протягивает маленькую модель гоночной машины.

– Извини, у меня просто с собой больше ничего нет, твоя мама не успела рассказать, чем ты увлекаешься, – и бросает укоряющий взгляд в мою сторону.

– Ух ты – пухты! – Китенок восторгается подарку, сжимая его в кулачке и прижимая к груди. – Спасибо! У меня такой еще нет!

Марк как в воду глядел: Китенок просто обожает маленькие машинки, и у него их целая многоуровневая парковка, и каждый, кто знаком с моим сыном, всегда дарит какую-нибудь модельку, пополняя его коллекцию.

Никита смотрит на Марка с детским неприкрытым восторгом. Сейчас он для него – царь и Бог. Марк удивительно быстро нашел подход к сыну, который, несмотря на свою общительность, все же с осторожностью относится к посторонним.

Наверно, сказалась все же родственная связь.

Но меня пробирает злость: у Марка уже есть семья, и для Китенка он будет максимум приходящим папой. И я бы не хотела, чтобы мой сын ждал с нетерпением визита отца, и расстраивался, если тот не сможет прийти. Не хочу, чтобы мой мальчик узнал, что такое боль разочарования так рано. Тем более, мы не собираемся надолго задерживаться в России.