Хочу тебя наказать

Матрас прогибается под его весом

Мужчина нависает надо мной скалой. Нереальной и огромной.

— Ты моё лучшее обезболивающее, — рычит и нагнувшись он снова вгрызается в мои губы, а я больше не способна ему сопротивляться. У меня это и так плохо получалось, а сейчас и подавно.

Его пальцы скользят по моему телу. Начинают стягивать и расстегивать мою одежду, а я еле сдерживаюсь от того, чтобы закричать “быстрее, срывай ее к четям!”.

Вздрагиваю от того, как его губы прикасаются к животу. Нежно целуют его, а после Чернов проходится по нему языком, чем заставляет тело задрожать от возбуждения.

Выгибаюсь, прогибаюсь в спине, когда его язык скользит ниже…

На мне все еще надеты трусики, но кажется мужчину это не смущает.

А я не способна произнести что-то кроме стонов.

Впиваюсь пальцами в простынь, комкаю ее в кулаках.

Кровь вскипает в венах… По телу проносится разряд тока, когда Глеб начинает зубами стягивать с меня нижнее белье…

Мурашки мелкой россыпью разбегаются по коже. Заставляют мелко дрожать, пока Чернов продолжает свою пытку.

Трусики медленно скользят по моим ногам, заставляя покраснеть.

Между нами столько нерешенных вопросов. Между нами столько всего, о чем нужно поговорить, но сейчас все это отходит на второй план.

Сейчас каждый из нас нуждается в разрядке. Нуждается в близости.

Его губы обжигают кожу поцелуями, а внутри меня уже целый бум из эмоций и нереальных ощущений.

Я думала, что больше никогда этого не испытаю. Больше никогда его губы не будут меня ласкать, заставляя тело пылать от страсти.

Еще совсем недавно я была готова на все что угодно, только бы не оказаться рядом с ним.

А сейчас… Сейчас я готова на все, только бы этот мужчина был рядом.

— Люблю…

Срывается с губ. Я даже не пытаюсь контролировать свои эмоции. Не пытаюсь держать язык за зубами. Я давно хотела ему об этом сказать.

Тихонько взвизгиваю, когда его зубы прикусывают нежную кожу.

— Я плохо расслышал.

Хриплый голос бьет по вискам, заставляет сердце забиться чаще. Я усмехаюсь. Даже сейчас… Даже в этой ситуации он умудряется надо мной издеваться.

— Тогда я подарю тебе слуховой аппарат.

Последнее слово я практически хриплю, потому что Глеб нависает надо мной, а его пальцы скользят по влажным складкам, проникая внутрь.

Тело выгибается, тянется к нему, жаждет его ласки. Просит не останавливаться.

— Только попробуй, — рычит в губы и вгрызается в них.

Его пальцы медленно растягивают меня изнутри, а его язык имеет меня так, что я схожу с ума.