Хобби гадкого утенка

Ни за какие сокровища мира я не сумела бы сделать несколько шагов, отделявших меня от тела несчастной.

– Хучик, ко мне!

Мопс упал на живот и, поскуливая, пополз к выходу. Я ухватила его за бока и быстрее молнии понеслась в дом, оглашая окрестности криком.

Не успела я ворваться в просторный холл, как из гостиной вылетела Маня.

– Мама! Ой, Хучик! Он разбил голову…

Я перевела взгляд на окровавленную мордочку мопсика и, падая на диван, прошептала:

– Нет, это кровь Лены. Лорд ударил хозяйку в лицо копытом.

Дальнейшее почти не помнится.

Сначала все кинулись в конюшню. Потом Зайка влетела назад и влила в меня стакан коньяка. Но отчего-то алкоголь не подействовал, я только оглохла и как-то отупела, глядя на мечущихся людей. Откуда ни возьмись появился врач, следом группа мужчин в штатском принялась заполнять бумаги. И тут, очевидно, сказалось действие на меня «Мартеля». На все вопросы оперативника я только нечленораздельно мычала, пока Аркадий не тронул милиционера за локоть.

– Я адвокат, вот визитная карточка.

Видите, у матери шок, лучше приезжайте завтра в Ложкино, или она сама к вам в отделение явится. Полковника Дегтярева знаете?

Ответ сотрудника МВД оказался за кадром. Потому что я, подпихнув под голову вместо подушки Хуча, мигом заснула. Впрочем, это неудивительно, алкоголь вызывает у меня лишь одну реакцию – глубокий, беспробудный сон.

Обратной дороги я не помню. Смутно виделась Зайка, садящаяся за руль «Фольксвагена» и высыпающая в рот целую пачку «Стиморола», того, с голубыми кристаллами.

Вроде меня вместе с мопсом уложили на заднее сиденье, и, кажется, Хуча стошнило прямо на хозяйку, потому что наша домработница Ирка, распахнув дверцу, закричала:

– Ой, мамочка, Дарья Ивановна, на кого вы похожи!

Я на секунду открыла глаза и ответила:

– Незачем так орать! Ты что, заблеванных людей не видала?

Ирка заткнулась, и меня повели в дом. Дальше память отказывает. Кажется, нас с Хучем мыли, сунув вместе в ванну.

Глава 5

Утро принесло головную боль. Когда я, охая и хватаясь за виски, вползла в столовую, слабенькое октябрьское солнце лениво освещало комнату.

Налив себе крепкого чая, я поинтересовалась у Ирки:

– Где все?

– Аркадий Константинович уехал на работу.

– Он же собирался провести выходные дома!

Ирка пожала плечами.

– Ничего не знаю, позвонил какой-то мужик, а Аркадий Константинович схватил машину – и привет!

– А Зайка?

– Ольга уехала в студию!

– Она же хотела два дня отдыхать.

Ирка хмыкнула:

– На ее телевидении вечно дурдом.