Хобби гадкого утенка

Большое полотенце повесь в ванной на крючок, среднее положи на кровать, а маленькое, льняное, отнеси на кухню…

Девица с шумом понеслась выполнять указания.

Потом она вновь возникла перед моими глазами и отрапортовала:

– Сделала.

Я достала из бумажника пятьдесят рублей.

– Спасибо.

– Чегой-то? – спросила девочка, во все глаза глядя на бумажку.

– Это тебе, на чай.

– Я его не люблю…

– Ну купишь себе кока-колу или мороженое…

– Спасибо, большое спасибо, просто огромное спасибо, – принялась благодарить девица.

Мне стало неудобно, небось зарплата у несчастной рублей четыреста, не больше. Горничные мало получают, а уж таким небось вообще платят копейки…

– Тетенька, – неожиданно сказала девочка, притормозив у двери, – вы добрая, хорошая, я вам правду скажу…

– Какую, солнышко?

– Уезжайте из этого домика!

– Почему, дружок?

Девочка напряглась, потом неожиданно сообщила:

– Меня Верой зовут.

– Очень приятно, Дарья Ивановна.

– Ой, – обрадовался бесхитростный ребенок, – как мою бабушку, можно вас тетей Дашей звать?

Я улыбнулась.

Странное дело, но так меня никто не называл ни разу в жизни. Как-то сложилось, что дети подруг мигом начинали обращаться ко мне просто: Даша. Потом ребята подрастали, и я превращалась в Дашутку.

– Конечно, милая. А почему лучше уехать в другой коттедж?

Верочка перешла на трагический шепот:

– В этом люди как мухи мрут, просто жуть! Место несчастливое, проклятое, мне мамусечка рассказывала. Хотя живут иногда и ничего, здоровехоньки остаются, только вы добрая, мне вас жаль! Бегите к Алле Михайловне и в другую коттеджу переезжайте.

Они у нас все пустые стоят! И чего она вас сюда поселила? Сама же на днях моей маме говорила: «Надо сломать второй номер, прямо проклятое место!»

Я спросила:

– И кто же тут умер?

Верочка села на стул и стала перечислять:

– Сначала дядька, пожилой уже, аккурат вот на этом диванчике, в июне преставился. До него женщина в ванной мылась, поскользнулась и черепушкой о пол приложилась, жуть! Кровищи было, еле отмыли.

Еще раньше, год примерно назад, люди-то живы остались, да у них ребенок утонул, маленький. Они купаться пошли, тута место есть специальное, и недоглядели. Неделю искали и не нашли… А совсем давно тетенька утонула, красивая! Актриса! По телевизору играла! Ой, вот ее мне жалко было! Добрая, навроде вас! Шарфик мне подарила, такой голубенький, он у меня парадный теперь, и денег давала…

– Постой, постой, – прервала я ее рассказ, – Изабелла умерла в 97-м году.