Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

В чем именно они не сошлись во мнениях, парень признаваться категорично не пожелал. Зато уточнил, что, не смотря на количество противников, держался с ними на равных и кое-кто выглядит куда как страшнее, чем он сейчас. Я за него искренне порадовалась, ага. Вот еще бы на глаза эта стачка никому не попадалась, вообще бы цены им не было! А так…

Их заметил секретарь ректора и настучала заму по воспитательной работе. Тот в свою очередь вычислил по камерам, кто участвовал в данном мероприятии и, как сказанули сегодня представители худфака, вуаля! Ну а раз Жарков не просто на моем факультете, но еще и в моей группе, чего ж я удивляюсь-то срочному вызову к куратору на ковер?

— Дурак ты, Жарков, — вздохнула, поправляя кепку и морально готовясь к лекции в исполнении Олега Евгеньевича.

— Эй! Они первые…

— Да мне параллельно-перпендикулярно! Решили подраться, так хоть не палитесь так безбожно! — закатав рукава толстовки, я стянула кепку с головы, медленно вдохнула-выдохнула и постучала в дверь, тут же заглянув в учительскую.

— Воронова… Как же я рад вас виде-е-еть… — и куратор так улыбнулся, что даже у меня сердце в пятки уйти успело, предварительно составив завещание. Сглотнув, я нахмурилась и, уцепив пытавшегося сбежать Олежека за локоть, вошла в кабинет, с покорно и повинно склоненной головой.

Оттягивать неизбежное было бессмысленно. Олег Евгеньевич Злобин имел крайне интересную особенность запоминать все, а потом, в самый неподходящий момент неожиданно припомнить.

Выволочка получилась знатная. Куратор не орал, не топал ногами, но так задушевно шипел, что я невольно вжимала голову в плечи и смущенно шмыгала носом, посыпая голову пеплом. И поддакивала в нужных местах, соглашаясь, что воспитательная работа на нуле, что драки имидж портят, рейтинг обнуляют и так далее, и тому подобное.

А главе студсовета нужно побольше времени проводить в стенах родного университета, раз даже собственные одногруппники от рук отбиться соизволили! Да-да, студент Воронова, это про вас и это для вас! И если в ближайшие пару недель произойдет хоть одно, даже самое маленькое происшествие, с участием студента Жаркова, то вам, Мирослава, ваше свободное посещение мило помашет ручкой на прощание.

Вместе со списком всех остальных привилегий, вот ей-богу, Воронова!

Мне на эту тираду возразить было нечего.