Как стать папой за пять минут

 – Какого хрена ты сбежала? Мы тебя обыскались! Что за капризы! – грубо прикрикивает. – Как ты? Где ты? Что с моим ребенком?

– Забудь! У тебя больше нет ни жены, ни дочери, – убедительно чеканю и обрываю звонок.

Откидываюсь на подушки и лежу, уставившись в потолок. Слышу собственное дыхание, шумное и судорожное.

«Спасибо», – проговариваю одними губами, потому что уже так делала. И обращалась я не к Максу, а… к Петру. При этом у меня на груди лежала моя малышка, а он невесомо дотрагивался кончиками пальцев до ее макушки.

«Обращайся», – шепнул с фирменной ухмылкой. И я расслабилась, позволив себе отключиться. Потому что рядом тот, кто не предаст.

Значит, не привиделось…

Глава 9. И в печали, и в радости

– Петр Славин, – проговариваю шепотом, гипнотизируя сияющую чистотой, белую лампу на потолке. На миг опускаю тяжелые веки.

Когда-то я мечтала носить его фамилию. Примеряла ее, как платье идеального кроя и размера, что подходит только мне и никому другому.

Кира Славина.

А в итоге… вляпалась в брак с предателем, который напоминает Петра только внешне.

Что ж, теперь я повзрослела. Даже слишком быстро. Вышла замуж, родила… А он, если я не ошибаюсь, женат.

Вместо того чтобы встречать Новый год с супругой, Петр принимал у меня роды? Уму непостижимо. Сквозь землю хочется провалиться от стыда.

Я могла потерять ребенка! Каким бы козлом ни оказался мой муж, но малышку я люблю больше жизни. Она моя – и точка. Без нее я бы точно сломалась.

Дыхание сбивается, живот скручивает спазмом, глаза щиплет от слез. Новый приступ паники бьет под дых, и я хватаю ртом воздух, чтобы не улететь в нокаут.

– Когда мне вернут мою доченьку? – скулю, как побитый щенок, когда дверь приоткрывается.

Ойкнув, лихорадочно стираю слезы и натягиваю на лицо улыбку, пытаясь выглядеть уравновешенной и невозмутимой.

– Успокоилась? – прищуривается, сканируя меня.

– Да, – часто, мелко киваю, как заведенный болванчик. – Можно мне к ребенку? – умоляюще тяну.

– Нужно, – вручает мне какие-то вещи и средства женской гигиены. – Заодно и старшего угомонишь.

– Кого? – хмурюсь, принимая сверток.

– Папашу вашего, утомил меня.