Каникулы на Эленмаре (СИ)

Умом, но сердцем! Сердце продолжало верить, надеяться и гореть для того, кто передо мной истекал кровью. Вкатила оставшиеся ампулы. Понимала, что не помогут, но может хоть ненадолго отсрочат неизбежное. На помощь тоже надеяться глупо. Никто нас не найдет в этом забытом богами, призрачном храме. Сжала кулаки и сама застонала от бессилия и какой-то щенячьей обреченности…

Храм… Боги… Апаньяр… Чудеса… Мысли роились в голове. Казалось, есть правильное решение, причем единственно правильное, но оно никак не находилось. Весь рой моих мыслей никак не желал оформиться во что-то правильное или хотя бы логичное, реально действенное в такой ситуации.

— Сумрак! — позвала я, но ответа не последовало.

Кошак по-прежнему сидел рядом, но упорно молчал.

— Я сейчас к скале обращалась? — не на шутку разозлилась.

«Ты сказала заткнуться, я всего лишь следую твоим просьбам» — гордо ответил пушистый проходимец и состроил обиженную морду, ну настолько, насколько это могло получиться у… кота.

— Потом будешь обижаться, — обломала его, — я даже тебе подыграю и прощения попрошу.

«Что ты хочешь?»

— Хочу спасти Дарина! — выпалила не задумываясь.

«На что ты ради него готова?»

— На все!

«На все — не надо. Выполнишь одно условие после. Что он для тебя значит?»

— Все! Без него моя жизнь лишена смысла! — выдохнула я, отмечая, что слова слетают сами, и они… они истинные, правильные.

«Ты готова связать с ним судьбу?»

— Да! Да-а!

«Назад пути не будет»

— Не томи! — до чего же меня бесит этот пушистый засранец.

«Повторяй за мной.

— Я, Алевтина Сорг… — хмм! Нужно будет уточнить, откуда лайвелл так хорошо знает мою родословную. Ох, не чисто тут с этими котами что-то!

«Принимаю Дарина Элвэ»

— Принимаю Дарина Элвэ, — повторила за кошаком я.

«Навсегда» — закончил Сумрак.

— Навсегда! — последнее слово выдохнула, отчаянно надеясь на чудо.

Прошла секунда… Две… Три… Но ничего не происходило.

— Ты надул меня? — прошипела, зло посмотрев в сторону кота. Он был спокоен и беззаботен. Сидел, аккуратно сложив крылья и лапки.

«Обижаешь! Жди!» — мурлыкнула сама кошачья беззаботность.

И я ждала, глядя, как из раны Дарина, моего Дарина, все вытекает, и вытекает кровь. А потом легла рядом и прижалась так сильно, как только могла, обняв его. Если он останется здесь, на этом алтаре, значит и мое место здесь, рядом. А потом фиолетовый свет, проникающий из узких окон-бойниц под сводом храма, сгустился, объединился и устремился вниз, к нам, окутывая и пеленая.