Как соблазнить графа

Слуга пониже ростом, с оспинами, обезобразившими его круглое лицо, зажег свечи, стоявшие на подсвечниках по обеим сторонам камина, в то время, как другой, высокий и тощий, зажег канделябры, висевшие над длинным письменным столом, стоявшим около окна, выходившего в сад.

Сердце Анны сильно забилось. Именно этого она и опасалась. Его лицо оставалось холодным и бесстрастным, а взгляд – свирепым.

Он подошел к ней:

– Нам с вами надо многое обсудить… моя любовь.

Глава 4

Как вырыть себе могилу

– Милорд, вы хорошо знаете, не я сочинила всю эту ложь о том, что я ваша невеста! Это дело рук вашего… вашего – этого порочного молодого человека по имени Эпсли, – лепетала Анна.

Граф ничего не говорил в ответ, от этого внутри у нее все похолодело. Она чувствовала себя неоперившимся птенцом.

– Вы знаете, что у меня не было другого выбора, оставалось последовать за ним и заявить, что я – ваша невеста. Моя репутация могла бы быть разрушена!

– Не могла, а может и сейчас быть разрушена. – Он сделал еще один шаг ей навстречу, и, бог мой, кажется, его лицо стало еще краснее от гнева.

 – Хотя Эпсли отрицает это, я должен спросить, не составили ли вы вдвоем этот хитроумный план.

– Милорд, уверяю вас, что я здесь совершенно ни при чем, и никогда я не была заодно с этим сущим бесом – вашим другом. – Анна сделала шаг назад. Это конечно, мало что решало, но по крайней мере она была вне зоны досягаемости с его стороны – на случай, если он решит задушить ее. Окажись на его месте, она не преминула бы это сделать.

– Вы клянетесь? – Лицо графа напряглось.

Анна положила руки на бедра:

– Милорд, я просто жертва обстоятельств, ужасной, невообразимой ситуации, которая заставила меня действовать немедленно, чтобы спасти свою репутацию.

– А думали ли вы о своей репутации, когда пробирались ко мне в спальню, мисс Ройл? – Он взъерошил свои черные как смоль волосы.

Анна тотчас же поняла, что он не был спокойным, каким хотел ей показаться."

"Она увидела отчаяние и испуг в его усталых голубых глазах.

Волевой подбородок потемнел из-за проросшей щетины. Сегодняшний вечер явно не был для него веселым и праздничным. И что-то в суровом выражении его лица говорило ей, что его манера поведения никак не была связана с ее ложью. Эти измученные глаза, весь этот несчастный, горестный, безотрадный вид графа невольно вызвал у нее сочувствие. Страх от того, что он рассердится, куда-то пропал.

Желание обнять и утешить его побуждало Анну броситься к нему без предупреждения.