Маленькая слабость Дракона Андреевича

На улице безумно тепло и пасмурно. Для полноты картины не хватает только густого медленного снега.

– Борь! – торможу его перед солярием, откуда уже гремит на полную музыка. – Немец с Сашкой там?

– Все там!

Нетерпеливо тащит меня внутрь:

– Не подпущу никого! Расслабься.

Снег начинает валить хлопьями."

"Помедлив ещё секунду на крыльце, я с тяжёлым сердцем иду за ним. Дурное предчувствие накрывает. Или это эхо нашего с Олегом последнего разговора?

Нет… это что-то другое. Ну и пусть! Так тому и быть.

Скинув дублёнку в тут же подхватившие её руки, я, не оглядываясь, иду на танцпол, полностью выгружаясь из реальности.

Танец – это как шаманский ритуал, он должен идти изнутри!

Скользя по себе руками и раскачиваясь, чувствую, как волна эндорфинов поднимается по мне, взрываясь в мозгу ощущением удовольствия.

Танец – это тоже игра… игра с музыкой… Она диктует правила, а ты служишь, выполняя все её капризы.

Взмахнув копной волос, ощущаю, как что-то мешает им двигаться по инерции. Я чувствую… Это не Ангел… Ангел знает, что меня нельзя трогать во время медляков…

Да все знают! И судя по ударной дозе жгучих ощущений, это… Раздражённо замираю, распахивая глаза. Сашка.

Вижу, как бросив посреди поля какую-то девушку ко мне летит мой Ангел.

""Поздно"", – отрицательно качаю ему головой.

Не хватало только конфликта между ними. По настрою Сашки чувствую – он будет.

– Потанцуй со мной, – протягивает он мне руку.

Всё... Хватит.

Мне интуитивно кажется, что это как раз переходная точка нашей ситуации.

Вложив ладонь ему в руку, киваю.

Сейчас это закончится. Но мне хочется сделать это максимально мягко, красиво и подарить ему на прощание что-нибудь особенное.

Дёрнув за руку, тяну его на улицу.

Окна в солярии открыты, и музыка льётся оттуда вместе с бликами светомузыки.

Ощущение сюрреалистичное!

Словно свет отрезал нас от всего остального мира. Качнувшись ему в объятья, я прижимаюсь губами к его скуле и, вильнув бёдрами, увлекаю его в танец под кричащую из отрытых окон музыку. Кладу ладонь на щеку, приподнимая его лицо и вынуждая смотреть вверх.