Как достать стража. Влюбить и обезвредить

Глава 8

Сны снились яркие, очень крылатые. Я летала то под ясным синим небом, то под затянутым свинцовыми тучами, иногда под дождем, но приземлялась почему-то всегда на стража и смотрела в серые нахальные глаза.

— Леди, вставайте! Милорд строго наказал вас до света разбудить, — в очередной полет вклинился громкий шепот Лойс. — Я вам рубашечку свежую принесла, а Янкоф сапожки ваши начистил. Блестят любо дорого посмотреть. Отварчику перед занятиями не желаете?

Мне казалось, что я только несколько секунд назад закрыла глаза.

— Отварчику не желаю, — пробормотала я, не отрывая головы от подушки.

— Страж Лесар еще час назад ушел на площадку, — продолжила старушка. — Заждался вас, наверное.

А ведь точно. Орас вчера меня сбагрил стражу. Теперь курировать мои полеты и все то, что необходимо выучить недостражу до академии, будет ехидный блондинчик. Ни днем ни ночью от него покоя нет!

Пришлось вставать, умываться и одеваться. И пока Лойс поливала мне на руки из фарфорового кувшина, успела рассказать, какой герой гостит у нас в замке.

— Даже до нашей глуши о нем слухи доходят, — с гордостью в голосе произнесла она. — Сам король очень ценит стража Лесара, а уж королевский брат так вообще его закадычный друг.

— Ректор? — уточнила я. Это я вчера успела усвоить из беседы, а сейчас проверяла свои знания.

— А то кто же? Орфес Агиар собственной персоной, — кивнула старушка.

— Лойс, ты же только что о двух друзьях говорила, — усмехнулась я. — Откуда третий взялся?

— Да, стало быть, как все — из матери взялся. Третий их друг — жених вашей сестры, леди, Таэрт Стев.

Хмм… Сердца, значит, дамские? Бабники! Хотя… Какое мне дело? Никакого абсолютно!

В этом себя убеждала в спальне, и пока шла по коридору, и когда поднималась по лестнице, и даже на площадке, а потом я увидела его.

Нет, мне, конечно, плевать, но… Девочки, что это был за торс! Одни сплошные мышцы и каждая на своем месте! Хоть анатомическую модель с него пиши. А как он двигался! Казалось, блондин только изредка касается каменного пола ногами, а большую часть проводит в воздухе, совершая немыслимые взмахи светящейся светло-голубым штуковиной.