Как достать стража. Влюбить и обезвредить

Выходит, если на Земле кричат «Горько!», то здесь его заменили на «Полет!»? В этот момент я посмотрела на огромную скульптуру Адана, и мне показалось… что темноволосая копия супруга, выполненная из лучших образцов местной каменной породы, мне подмигнула. Дурдом на выезде! Нет, тут у кого хочешь, вода под крышечкой закипит, но не до такой же степени! Мне, знаете ли, и голосов хватило.

С тихим шелестом за спиной распахнулись крылья. Мы, словно две искры костра, подхваченные ветром, взмыли вверх. А потом Лесар подхватил и закружил совсем как в танце.

— Значит, полет? — спросила я у мужа.

— Да, моя Инни… — выдохнул он и закружил еще сильнее, закричав: — Поле-е-е-е-ет!

Ну, как мальчишка! А еще страж. Его радость была настолько заразительной, что я невольно стала улыбаться, повторять за ним движения, пируэты и кульбиты, и вскоре мы смеялись, выдумывая под облаками свой собственный танец.

— Знаешь, а ведь Небеса Леандора не открывались уже много лет. Последний раз это произошло на свадьбе Себриэна Агиара и королевы Кларис, но я тогда еще не родился, — рассказал Лесар.

Небеса Леандора… Я сразу поняла, что речь идет о потолке в виде звездного неба.

— Это что-то значит?

— Что именно, перышко мое?

— Что Небеса Леандора открылись…

— Конечно, — Лесор улыбнулся, но больше ничего не сказал.

Я летала и ждала, ждала и летала, а он молчал. Значимости себе добавлял, что ли? Не стоило так напрягаться.

Не хочешь рассказывать, сама прочитаю. А вот мне предстояло ему кое-что сказать.

— Я твое желание выполнила, теперь твоя очередь выполнять мое условие!

— И что же ты хочешь? — спросил он.

Шальная улыбка все еще освещала красивое лицо супруга.

Мы поднялись к самым облакам. Стало зябко и сыро.

— Инни, я открыт для твоих желаний.

Он так искренне об этом сказал, что я невольно смутилась. Наверное, у нормальных арсух и желания нормальные, арсушьи. А у меня…

— У меня только одно желание, — выпалила я, поравнявшись со стражем.

— Ну же, Инни, смелей!

Не то чтобы я робела. Скорее, жалела. Его.

— Помоги мне собрать артефакт первородных, — честно призналась я.