Извращенная Преданность

Я никогда не видел ее более неловкой в моей компании, чем в этой машине.

Я провел рукой по волосам, все еще влажным после душа. Я слишком долго колотил гребенную боксерскую грушу и чуть не опоздал на свидание. В последние пару лет я имел дело в основном со шлюхами или танцовщицами на шестах, а иногда и с девушками из высшего общества. С самого начала было ясно, чего они хотят: денег, наркотиков или внимания прессы. Они не стеснялись. Им что-то от меня было нужно, и они показывали мне, что могут предложить. Секс с ними был приятным без всяких надежд.

Она вышла из машины, выглядя почти взволнованной. Обходя машину, она не сводила глаз с того, что было внизу. Ее руки сжимали старый рюкзак.

— Ты одержима этой штукой, — сказал я, чувствуя раздражающее желание разрядить обстановку и успокоить ее.

Она издала короткий смешок, прищурившись.

— Мне показалось, что он хорошо сочетается с моими туфлями.

"Она приподняла ногу на пару дюймов. Мой взгляд скользнул по ее темно-зеленым кожаным туфлям, затем поднялся к рюкзаку непонятного цвета. Возможно, когда-то давно он был бежевым. Она была первой девушкой, которая пришла на свидание со мной, держа чертов рюкзак. Я усмехнулся.

— Напомни мне, что в следующий раз, когда мы пойдем по магазинам, я куплю тебе одну из тех модных сумочек, от которых девушки сходят с ума.

Ее брови взлетели вверх, затем сошлись на переносице.

— Ты не можешь продолжать покупать для меня вещи.

Я развернулся, так что мы стояли рядом, когда я посмотрел на нее. Она не отступила, но я видел, как мурашки пробежали по ее рукам.

— Кто меня остановит?

Римо было все равно, трачу ли я деньги на женщин, машины или недвижимость, если только я не начну делать ставки или играть в азартные игры, или, что еще хуже, пренебрегать своими обязанностями.

— Я? — это был скорее вопрос, чем утверждение.

— Ты спрашиваешь или говоришь?

Она нахмурилась еще сильнее и вздохнула.

— Я не умею играть в эти игры. И не хочу.

— Кто сказал, что это игра?

— Разве нет? С мужчинами всегда нужно доминировать. А ты ... — она покачала головой.

— А я? — подсказал я.

— Все, что ты делаешь это знак превосходства. Когда я увидела тебя в боевой клетке, это было, пожалуй, самое спокойное, что ты когда-либо делал. Но вне этого, ты, как охотник, всегда ищешь кого-то, кто мог бы осмелиться бросить вызов твоему статусу.