Хранитель. Новая Родина

Хотя в первый день спорили до кровавых соплей по поводу оплаты его услуг. Мастер зарядил три тысячи, личные покои, четырёхразовое питание. От такого загона, я поперхнулся, почти утонув в чайной кружке, хорошо Мери шла мимо и откачала меня. Я резонно заметил, что Мастер знатный мудак, на это мой собеседник радостно сообщил, что постоянно это слышит. В итоге разошлись краями, снизив стоимость до тысячи, а так же скидку на следующие группы.

Спустя три дня мы стояли на тренировочной площадке. Глядя на нашего сенсея, вспомнилась фраза из фильма: «Вы все говно! А говно должно молчать громко!».

Именно с таким лицом Мастер смотрел на нас, правда его улыбка омрачалась, когда он смотрел на меня. Похоже, не может забыть вкус подошвы ботинка.

Как ни странно, но учил Мастер хорошо. Причём делал это согласованно со мной. Утром отработка рукопашного боя, а во второй половине дня работа с мечом. При этом показывал связки и переходы от кулака к мечу и наоборот. За это моё почтение, я так точно не могу.

Пока мы постигали азы на мечах, Белегар сварганил новый заказ.

В этот раз он был разбит на две части, ведь та двадцатка была службе в страже. Для бойцов рода, всё больше привыкаю к этой мысли, цвет чисто чёрный, как у меня. Для стражи гном освоил нанесение пятнистого камуфляжа. В итоге парни получили чёрный пиксельный комплект, кроме плаща, тот остался чисто чёрным.

В этой новой униформе бойцы вышли в патруль, вместе с моими двумя пятёрками. Результат не заставил себя ждать. Мы близко находились от трущоб, а местные гопники ещё не знали о новой униформе.

После пяти попыток разбоя в отношении их самих, патрули оставили за собой четыре трупа. Двадцать четыре идиота доставлены в опорник. Утром я охренел от увиденного. Места в опорнике столько не было, к тому же парни жаловались, что арестанты знатно воняют. Поэтому бойцы привязали их к коновязи, одной рукой к перекладине, а вторую руку к ногам. Выслушав доклад, прошёлся по нападавшим с браслетом наперевес. Итогом стало каменоломня, в среднем по шесть лет на нос.

Вместе с повозками, которые забирали осуждённых, прибыл сам де Ревель. Он молча слушал доклады командиров отделений, потом гвардейцев, затем мой. Всё это происходило на улице, вокруг нас была уже целая толпа. Шоу карликов уродов отдыхает. Так же молча кивает, и колонна повозок трогается с места. Мери участливо принесла ему воды, полковник залпом выпил почти литр.

— Ну, вы, млять, даёте — смог выдавить де Ревель, наконец, чем повеселил меня.