Измена. Верну тебя, жена (СИ)

— Хочешь потрогать?

— Хочу… ахуеть какая ты горячая, Лилька… Это круче любой порнухи.

Нависаю над мужем, позволяя ему сдавливать и сосать грудь, впиваюсь руками в подлокотник. Захар покусывает мои соски, вызывая во мне неконтролируемый всплеск экстаза, и сам толкается в меня безжалостно и грубо. Так грязно, с рыком, как дикий варвар.

Ненавижу его.

А себя ненавижу больше.

Потому что мне тоже нравится, как грубо он пользуется моим телом. Ненавижу от того, что в этот момент я противоречиво чувствую себя хрупкой, самой желанной в сильных руках этого громилы и готова кончить опять, второй раз, чего никогда не было в нашей прошлой жизни.

Его животная похоть и настоящие эмоции не сравнятся с той неестественной осторожностью, с которой он брал меня много лет подряд. Я не испытывала и тени подобного кайфа, вынуждая Захара заниматься сексом по моему сценарию: с долгими приготовлениями и романтическими ритуалами. Ведь тогда я искренне считала, что лучше быть не может.

Может.

Мы могли бы чередовать разный секс или совместить романтику и грязную похоть.

Скоро наши жизни безвозвратно изменятся. Мы с Захаром станем друг для друга чужими людьми. Связывать нас будет только дочь…

Когда я понимаю, что довела его до предела, выскальзываю из его рук и на ватных ногах поднимаюсь с дивана.

Муж непонимающе хмурится, не достигнув оргазма.

— Хочешь посмотреть, как я сосу твой член?..

Суворов тут же встает, но смотрит так, будто не верит, не верит, не верит…

— …Подержи мои волосы, — приказываю.

И Суворов больно наматывает их на кулак.

Оказавшись лицом перед его стоящим от эрекции членом, царапаю ногтями живот мужа. Там у Захара нет волосяных зарослей, хоть он похож на бандита, но за гигиеной тщательно следит. Пахнет кондиционером для белья, верхними нотами одеколона и нами.

Сердце в груди колотится бешено. Я веду кончиком языка от основания его члена к покрасневшей гладкой головке. Захар шипит сквозь зубы и напрягает колени — ему нравится.

— Сможешь взять его полностью? — стонет он.

Облизнув вмиг пересохшие губы, открываю рот, позволяя Суворову толкнуться глубже. Головкой он упирается мне в щеку несколько раз, после чего я выравниваюсь и сосу его, ощущая каждую набухшую вену.