Измена. Верну тебя, жена (СИ)

Суворов тяжело выдыхает, но все же отстраняется от меня.

— Я почти привык к твоему непостоянству.

Соскальзываю с подиума на пол.

— Я, наверное, в коттедж вернусь. Зря вообще сюда приехала. Поцелуешь за меня Аленку?

— Куда ты собралась на ночь глядя? — теперь Суворов сердится.

— Не заставляй остаться.

На его скулах дергаются желваки.

— Как приедешь домой, обязательно напиши.

— Хорошо.

Никогда еще Захар не ловил меня на откровенном вранье, поэтому лимит доверия ко мне большой. Он действительно купился на мое переменчивое настроение и не вынуждает против воли заниматься с ним сексом или оставаться в квартире.

Суворов спускается со мной на улицу и лично усаживает в такси. Смотрит устрашающе в глаза водителю, приказывая доставить меня в целости и сохранности.

— Едем в гостиницу «Заря», — говорю водителю, когда отъезжаем от многоэтажки.

— Адрес другой указан.

— Я доплачу, — протягиваю ему пятьсот рублей.

— Хм, ладно, — соглашается он.

Однако по пути решаю, что подъезжать прямо к входу в гостиницу слишком рискованно.

— Подождите, пожалуйста, меня здесь, — снова подкармливаю мужчину деньгами.

Хлопнув дверцей авто, осторожно иду к «Заре».

Свидание с Ирой назначено ровно в полночь. Сейчас без десяти двенадцать.

Из-за угла магазина, который соседствует с гостиницей, открывается отличный обзор. Возле решетчатого забора, который огораживает «Зарю», припаркован черный внедорожник Суворова.

Удачное место выбрал Мирон. Оно вроде бы и рядом с гостиницей, и в то же время не должно попадать под камеры, поскольку земля уже не является гостиничной.

Но пока я еще не понимаю, где именно сейчас Мирон ждет Иру, возможно, он уже внутри.

Подъехавшая машина такси заставляет меня попятиться в тень.

Вскоре из машины выходит Ирина.

Мерзкая любовница усердно готовилась к встрече. На ней босоножки на высокой платформе, красное обтягивающее платье, едва прикрывающее зад, и черная косуха.

Внедорожник Суворова подмигивает Ирине фарами, и она быстрым шагом направляется к нему. Открывает дверцу как к себе домой и беззастенчиво садится в салон.

— Вот же мерзавка… — шиплю я.

Через минуты две внедорожник качается.

Впиваюсь ногтями в кирпичную кладку магазина.

Что они там делают? Что вообще происходит?

Не верю, что чистоплотный Мирон мог прикоснуться к этой грязной женщине.